Изнанка свободы стр. 164
обстоятельствах был бы рад возвращению. Но сейчас мне до смерти хотелось обратно, к Франческе. Я почти физически ощущал, как уходит время — стремительно и безвозвратно. День на Эмайн Аблах — три с половиной в человеческом мире. А я обещал вернуться через месяц…
Сеньорита будет волноваться. С Эмайн Аблах даже вестника не отправить.
Августа ходила, целиком погруженная в себя, иногда ставила какие-то опыты в оранжерее, и на любые мои предложения помощи отвечала решительным отказом. Я тихо психовал, оттого, что выключен ею из процесса, который касался меня напрямую. Сознавал, что она права — даже в лучшие годы мои отношения с магией жизни, мягко говоря, не складывались, и в серьезной работе я буду лишь помехой. Злиться это осознание совершенно не мешало.
А время одновременно текло, как тягучая патока и мчалось. Скрипя зубами, я подсчитывал сколько дней прошло для Франчески. И ругал себя, что не назвал других сроков.
Мэй при виде моего увечья поначалу пыталась расспрашивать и даже распускать нюни, но с десяток жестких издевок пресекли эти глупости. Тогда она дала мне прозвище «Элвин Сухоручка», словно нам все еще по четырнадцать, и я всерьез могу начать переживать из-за такой ерунды.
Некоторые Стражи тоже не меняются.
Делать на Эмайн Аблах нечего. Нет, можно, конечно, бродить и рассматривать творения гения Августы. Можно пафосно общаться с туатами. Или, что немножко веселее, общаться с ними непафосно, тем самым вгоняя их в глубокое недоумение и панику. Еще можно пить сидр. И даже блевать потом сидром…
На шестой день я не выдержал.
— Не хочу показаться неблагодарной скотиной, но прошла уже куча времени.
— Ты куда-то торопишься? — спросила Августа, не отрывая взгляда от куска дерева, подозрительно похожего по форме на человеческую руку.
— Да, меня ждут в Рондомионе.
— Это важнее, чем новая рука?
— Не надо ставить вопрос таким образом.
— Я делаю, что могу.
Кусок дерева в ее руках шевельнулся.
— Слушай, ты ведь не собираешься приделать мне ЭТО? Потому что я буду сопротивляться.
Августа отбросила деревяшку в кучу других, им подобных:
— Элвин, я не могу тебе вырастить новую руку. Никто не сможет.
— Но…
— Что «но»?
— В твоих словах звучало «Я не могу, но…».
— Я могу попробовать сделать замену.
Ладно, это не было таким уж сильным ударом. Я не рассчитывал всерьез, что она из ничего извлечет новую конечность.
— Тут можно по-разному, — продолжала сестра. — Взять чужую руку. Но много проблем с совместимостью.
— А проблемы с тем, что ее придется у кого-то отпилить, тебя не смущают?
Она пожала плечами с великолепным равнодушием. Ох уж эти гении,
что им подобные мелочи?
— Не то, чтобы я был сильно против. Но давай рассмотрим другие варианты. Чужая рука, которую неизвестно куда пихали? Фи!
— Другой вариант — вырастить симбионта. Лучше всего взять за основу насекомое.
— Оооо! — я представил себя с клешней вместо левой кисти. Нет, что-то забавное в этой идее, определенно, было. Но сеньорита не одобрит.
— Спасибо, я все думал, как бы уподобиться жрецам Хаоса. Следущим пунктом идут щупальца, правильно я понимаю? Их тоже можно опустить.
— Так и знала, что ты не согласишься. Остаются растения, — она кивнула на кучу деревяшек. — Я с них и начинала. Люблю работать с флорой. Но есть проблема