Каюта номер 6 стр. 10
малиновое желе. Для моей диеты ваше суфле стало бы слишком серьезным испытанием. Мне на свадьбе придется влезать в узкое платье. Вот после свадьбы…
– Я постараюсь за тебя, дорогая, – перебил невесту Миша Орлов. – Я влезу в свой смокинг даже после парочки этих аппетитных башенок.
Кок поклонился и поставил на стол две вазочки. Орлов придвинул к себе одну из них, взял лежащую перед ним серебряную ложечку и обратился к капитану:
– Мистер Рид, когда мы должны прибыть в Ашдод?
Капитан, который придвинул к себе вазочку с красно-белой башней и рассматривал ее, словно примериваясь, как к ней удобнее всего подступить, поднял голову.
– По всем подсчетам, примерно в шестнадцать пятьдесят, сэр. Если, конечно, метеорологи не подвели нас с прогнозом погоды.
– Отлично. – Миша взглянул на часы. – Сейчас половина двенадцатого. Значит, до прибытия в порт мы успеем расписать… – он поднял голову, взглянул на Илана Азулая и закончил: – большую пулю. Надеюсь, мои партнеры составят мне компанию?
Илан поймал на себе взгляд Миши, оторвался от десерта и коротко кивнул. Миша перевел взгляд на молодого человека, с напряженным и даже испуганным взглядом сидевшего за столом у самой двери. За все время беседы ни молодой человек, ни симпатичная брюнетка напротив него не произнесли ни слова.
– А как ты, Тамир?
Молодой человек улыбнулся виноватой улыбкой и тоже кивнул.
– С удовольствием, – сказал он.
– Отлично! – воскликнул Миша и с запоздалой учтивостью обратился к невесте: – Ты не возражаешь, дорогая, если я сыграю партию в преферанс?
– Нет, конечно, – улыбнулась Лукреция, допивая кофе. – Я пока соберу вещи и поваляюсь с книгой. Мне надо отдохнуть. Нам предстоят очень хлопотные дни.
– Благодарю тебя! – Миша коснулся губами руки невесты и обратился к партнерам: – Тогда встречаемся в библиотеке ровно в двенадцать. У нас будет четыре часа на игру.
Миша решительным движением придвинул к себе вазочку с суфле и чашку с кофе.
3
Мария Славина подхватила под руку сестру и пошла с ней по палубе, изредка касаясь свободной рукой деревянного планшира фальшборта, чтобы сохранить равновесие. Яхта шла ровно и быстро, но небольшая носовая качка ни на секунду не давала пассажирам забыть, что они находятся в открытом море. Вера прижала к себе руку сестры и оперлась на нее всем телом. Она была не рада, что согласилась на это путешествие. Конечно, это все очень романтично. Ветер, воздух, звезды, лучи солнца, пробивающиеся сквозь облака. Как пелось в старой советской песне: «Только небо и море вокруг». Но в ее возрасте такие авантюры – это явный перебор. Тем более после сытного и вкусного завтрака. Яхта в очередной
раз поднялась и опустилась. Вера замерла на месте, прислушиваясь к ощущениям. Бурление в пищеводе усилилось и в ритме движения судна подкатило к горлу. Вера Борисовна издала неопределенный звук.
– Тебе нехорошо? – участливо спросила Мария.
– Нет, ничего. – Вера тяжело вздохнула. – Сейчас пройдет.
«Представляю, в каком виде я буду сегодня вечером на дне рождения Алины. Это просто катастрофа», – думала она. Господи, надо же было ей так опростоволоситься! Как ей хотелось предстать в лучшем виде перед семьей Лейн, перед родителями и сестрами Габриэля, перед этим дедушкой Хельмутом. И вот что она натворила. Вместо того чтобы поехать сегодня с утра в косметический кабинет, потом на