Библиотека

Каюта номер 6 стр. 130

Размер шрифта
-
+
Тема

Миши были сжаты, и разжать их Оливер не смог. Он провозился несколько минут, но понял, что у него ничего не получится. Тогда он открыл дверь, вышел на палубу, огляделся, вытащил из каюты тело Миши, дотащил до борта и сбросил в воду. После этого мы привели в порядок кресла и столик, и он ушел…

– И это все? – не выдержала Вера Борисовна. Она выставила перед собой обе руки и оглядела присутствующих. – На ваших глазах погиб ваш жених, человек, с которым вы собирались связать свою жизнь. И вы так легко с этим смирились? Его тело выбросили за борт. А вы привели в порядок кресла и столик. И все?

– А что я могла сделать? – выкрикнула Лукреция. – Когда они дрались, я не понимала, что должна предпринять. Я была в какой-то прострации. Оливер затолкал шарф в рот Миши мгновенно, одним движением. Я не успела даже отреагировать. Когда Миша упал без дыхания, было уже поздно. Оливер сказал, что нам лучше молчать, потому что иначе все решат, что Миша застал нас в постели, и ничего невозможно будет объяснить или доказать.

– И вы согласились молчать? – в голосе Веры Борисовны звучали презрение и укоризна.

Лукреция кивнула.

– Я решила, что изменить я все равно ничего не могу. А значит, все, что мне остается, только оплакивать моего жениха.

– Простите, Лукреция. – Вера Борисовна отвернулась от княжны. – Но мне кажется, что в тот момент вы думали не об убитом женихе, а о том, чтобы защитить его убийцу.

Лукреция замотала головой, но в кают-компании стало шумно. Пассажиры заговорили разом, и большинство явно поддерживало Веру Борисовну.

– Надо заметить, что вы чрезвычайно искусно оплакивали своего жениха, – заявила Рахель Азулай.

Фраза прозвучала громко, и взгляды всех присутствовавших в кают-компании устремились на Рахель.

– Да-да, – кивнула та, морща нос в презрительной усмешке. – Когда синьора Лукреция появилась в библиотеке, у нее были красные глаза. Я еще подумала: вот как она переживает за своего жениха. Еще ничего не известно, где он, а у нее уже глаза на мокром месте.

– Вы что? – Лукреция медленно поднялась с места. – Вы что же, все думаете, что я спокойно восприняла смерть Миши? Может, вы решили, что я даже была рада такому исходу? Я любила его! – выкрикнула она. – Я была готова ради него на многое. Я была готова отказаться от моей веры. Я пошла против своей семьи. Вы думаете, мои родители были в восторге от этого брака? От того, что я приму иудаизм и перееду в другую страну? Просто они, в отличие от бабушки, не говорили об этом. И не моя вина, что этот человек, с которым я не виделась пятнадцать лет, явился ко мне в каюту, что он обнял меня за талию и в этот момент вошел Миша. Я ни в чем не виновата.

– А я вас ни в чем не виню, – дернула плечами Рахель.

В кают-компании повисла тяжелая тишина. Прервал ее майор Бараш. Он повернулся к Дане:

– Продолжайте, госпожа Шварц.

– Единственное, чего не знала Лукреция, это для чего Миша вернулся в каюту. Но с этим ей помог Илан Азулай. – Дана взглянула на Илана, и тот под ее взглядом недовольно заворочался и запыхтел. – Он позвонил и спросил:

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.