Как спасти любовь стр. 32
еще прибудет целая толпа подхалимов. Если бы не мои восемьдесят пять, мог бы я такое ожидать?
— Мы приехали на праздник, — напомнил Тревис.
— Чушь собачья. Если я еще не на краю могилы, то наверняка где-то рядом. Хоть с этим вы можете согласиться?
— Мы собрались здесь, чтобы отметить твой день рождения, а не для того, чтобы ссориться, — предупредил Слейд.
Джонас посмотрел на сыновей, потом потянулся к полке, взял коробку и открыл. В коробке были кубинские сигары.
— Закуривайте, — предложил он. Сыновья вежливо отказались. Старик фыркнул, вынул сигару, откусил кончик и выплюнул в массивную хрустальную пепельницу. — А я думал, что мои мальчики уже достаточно повзрослели, чтобы оценить хорошую сигару.
Сыновья промолчали. Джонас вздохнул, подкурил, запыхтел и на миг исчез за клубами дыма.
— Ничто не сравнится с хорошей сигарой, сказал он. — Разве только красивая женщина.
Коннор посмотрел на Слейда. Слейд в ответ закатил глаза и одними губами проговорил:
«Или глоток коньячку».
— Или глоток коньячку, — сказал Джонас, встал и подошел к комоду. Открыл дверцу и достал бутылку и четыре стакана. — Ну как, мои мальчики уже подросли для этого?
— Вполне, — ответил Тревис. — Но думаю; ты знаешь, что Кон с удовольствием глотнул бы эля, Слейд предпочел бы пиво, а я с радостью подпишусь на стаканчик красного вина.
Джонас щелкнул языком.
— Да, некоторые вещи не меняются.
— Что правда, то правда, — сказал Коннор.
Джонас поднял на него белые кусты бровей.
— А ты, мой мальчик, что-то вспыльчив сегодня. Подозреваю, что твоя красавица-женушка играет у тебя на нервах. Тяжкие времена?
— Нет, — холодно ответил Коннор.
— Ну да, рассказывай. Температура в самолете вряд ли была выше нуля.
— Ты ошибаешься, отец.
Джонас помедитировал, уставившись на кончик своей сигары.
— Я никогда не ошибаюсь.
— Тебе так только кажется.
— Я это знаю. Разве я не говорил тебе, что эта девочка сделает тебя несчастным?
— Говорил. Тысячу раз. Но ты ошибался. И я буду признателен, если ты запомнишь, что эта девочка — моя жена, и зовут ее Натали.
— Я помню, как ее зовут, — мягко проговорил Джонас.
— Поэтому прошу называть ее по имени.
— Кон, — тихо сказал Тревис, в его голосе слышалось предупреждение. — Отец… давай успокоимся. Попробуем на этот раз продержаться без ссор, ладно?
— Я тоже надеялся на это, когда приглашал вас, — резко сказал Джонас и поднес бутылку коньяка к стаканам. — Ну как, да или нет? Что ж, если вы, мальчики, предпочитаете пить мочу, не стану упрашивать. В баре полно ваших любимых напитков.
Это был вызов. Коннор знал это. И его братья тоже знали.
— Я не против опрокинуть стаканчик коньяку, — сказал он, вызывая в уме образ холодного эля. — Почему бы и нет?
Тревис и Слейд посмотрели на него так, будто с радостью удушили бы, только дай им шанс, и уныло закивали головами.
Джонас налил в стаканы коньяк, капнул сверху воды и поднял свой стакан.
— За династию Уорнеров! За моих сыновей, которым принадлежит будущее!
Братья застыли со стаканами на полпути ко ртам.