Как спасти любовь стр. 45
упоминал об этом. И тогда она наконец поняла, что он вообще не хотел ребенка.
Ребенок мог стать помехой в их жизни. Им пришлось бы отказаться от путешествий, вечеринок и полетов вокруг земного шара. Ребенок мог нарушить покой в их шикарном доме с шикарной мебелью и роскошными украшениями.
Натали закрыла свой чемодан.
Итак, их совместная жизнь продолжалась, но с некоторыми изменениями: Натали перестала путешествовать вместе с мужем, говорила, что слишком занята.
И она действительно была занята. Она стала посещать клубы, участвовала в благотворительных акциях, играла в теннис до тех пор, пока не могла больше без отвращения смотреть на ракетку и сетку. И Коннор больше не нуждался в ней.
А много лет назад все было по-другому. Он спешил домой, чтобы увидеть ее.
— Я так соскучился по тебе, — говорил он, подхватывая ее на руки.
А потом он вознесся на гребень успеха. Но все произошло так постепенно, что она заметила это, когда было уже слишком поздно, когда его потребность в ней изменилась. Она превратилась в шикарно одетую куклу — в ходячее и говорящее доказательство материальных достижений своего мужа, в воплощение его мечты, где не было места для детей.
А теперь там не было места и для нее.
Натали взяла в руку чемодан.
— Прощай, Коннор, — сказала она в пустоту комнаты.
На этот раз она уходила из его жизни навсегда.
К сожалению, сбежать оказалось не так просто.
Абель, управляющий ранчо, стащил с себя шляпу, почесал затылок, плюнул в пыль и подтвердил то, в чем она сама уже успела убедиться.
— Не могу предложить ничего, кроме трактора, мисс Натали, — сказал он. — Гости мистера Джонаса укатили на всех имеющихся на ранчо колесах.
Попалась в ловушку, подумала Натали, возвращаясь в дом.
Она поднялась по ступенькам на портик с тыльной стороны дома, осторожно открыла дверь в кухню и с облегчением вздохнула, обнаружив, что там никого нет. В воздухе висел аромат свежевыпеченного хлеба, на стойке в углу стоял кофейник. Натали налила в кружку кофе, вышла на портик и облокотилась на перила. Она чувствовала, как ее гнев рвется наружу, превращаясь в бессилие, от которого хочется плакать.
— Черт, — прошептала она. — Черт, черт, черт.
— Что, кофе настолько отвратителен?
Натали обернулась. На пороге кухни стояла Марта Уорнер с чашкой кофе в руке и улыбкой на лице.
— Нет, — ответила Натали, силясь улыбнуться. — Просто…
— Да ладно, — улыбнулась Марта и отошла в сторону, пропуская другую женщину. Женщина была молодой, темноволосой и необыкновенно красивой.
На ней была пестрая юбка и розовая блузка. В ушах поблескивали серебряные серьги-колокольчики. — Я не хотела, чтобы Криста подумала, что я обманщица, когда я расхваливала ей кофе, который готовит Кармен, — сказала Марта с улыбкой.
— Кофе изумительный, — прокашлявшись, сказала Натали. — Просто я думала…
Марта понимающе кивнула.
— Видимо, сегодня какой-то задумчивый день, — сказала она. — Я застала Кристу в библиотеке за тем же занятием.
Женщина с колокольчиками в ушах рассмеялась.
— Миссис Уорнер слишком мягко выразилась, — сказала она. — Она хочет сказать, что застала меня, когда я мрачно бормотала что-то себе под нос.
—