Как вам будет угодно, пастор! стр. 6
такое дело требуется ведь официальное разрешение властей, а у Рамминса, Клод знал точно, разрешения не было.
— Добрый день, — сказал мистер Боггис, — славная сегодня погодка.
Никто не шелохнулся. Все трое в ту минуту думали одно и то же — этот пастор явился невесть откуда неспроста, он подослан, чтобы все разнюхать и выведать, а потом доложить властям.
— Какие красивые собаки, — опять заговорил мистер Боггис. — Признаться, мне не доводилось видеть бега с гончими; зрелище, говорят, необыкновенно увлекательное.
В ответ снова молчание; мистер Боггис быстро взглянул на Рамминса, на Берта и Клода, потом опять на Рамминса. Он заметил, что у всех троих было одно и то же особенное выражение, сразу насмешливое и вызывающее, губы изогнуты в презрительной ухмылке, а нос издевательски задран.
— Позвольте спросить, не вы ли здесь хозяин? — обратился мистер Боггис к Рамминсу, нимало не смутившись.
— А что вам нужно?
— Прошу простить, что беспокою вас, тем более в воскресенье.
Мистер Боггис протянул ему визитную карточку, Рамминс взял ее и поднес к самому лицу. Остальные, не шевельнувшись, скосили глаза, пытаясь разглядеть, что там написано.
— Что же все-таки вам нужно? — спросил Рамминс.
Во второй раз за это утро мистер Боггис подробно объяснил высокие цели и помыслы Общества по охране редкой мебели.
— У нас такой нет, — заявил Рамминс, когда Боггис кончил говорить. — Зря теряете время.
— Одну минуточку, сэр, — мистер Боггис поднял вверх палец. — Последний раз я слышал эти же слова от старика фермера в Сассексе, а когда он в конце концов впустил меня в дом, знаете, что я там обнаружил? Старый замызганный стул на кухне в углу, и оказалось, что стоит он четыреста фунтов! Я помог его продать, и старик купил себе на эти деньги новый трактор.
— Что вы такое несете? — вмешался Клод. — Виданое ли дело, чтобы за какой-то стул четыреста фунтов отвалили!
— Простите, — веско заметил мистер Боггис, — но, к вашему сведению, в Англии найдется немало
стульев, которые стоят вдвое дороже, и даже больше. И знаете где? Да повсюду — в простых деревенских домах, в углах и чуланах; хозяева ставят их вместо подпорок и подставок, залезают на них прямо в сапогах, подбитых гвоздями, чтобы достать банку джема с верхней полки или повесить картинку. И это чистейшая правда, друзья мои.
Рамминс беспокойно переминался с ноги на ногу.
— Вы что, хотите только зайти в дом, стать посреди комнаты и рассмотреть обстановку, так, что ли?
— Именно, — подтвердил мистер Боггис. До него наконец стало доходить, в чем причина такого недружелюбия. — Я не собираюсь совать нос в ваши шкафы и кладовки. Мне просто хочется посмотреть мебель, вдруг у вас там сокровища, и я смогу описать их в журнале, который выпускает наше Общество.
— Знаете, что я думаю? — промолвил Рамминс, сверля его злобными глазками. — А думаю я, что вы сами охотитесь за товаром. Чего бы вам иначе так уж хлопотать?
— Ах, да что вы! Откуда ж у меня такие деньги? Конечно, если я увижу какую-нибудь вещицу и она мне очень приглянется и будет по средствам, я, может, и не устою перед соблазном, приценюсь. Но, увы, такое случается крайне редко.
— Ладно, — сказал Рамминс, — по-моему, вреда большого не будет оттого, что вы зайдете в дом,