Как завести дракона стр. 128
малочувствительные были — как и того, что я достану какое-нибудь супер-секретное оружие. Мне же руки только освобождали, а не всю мою сокрушительную ярость.
Ничего, мне и этого достаточно. Как и того, что они видят во мне яри Тимсон, а не вот это вот все.
Мило улыбаясь врагам и пристально глядя в глаза Декстеру — чтобы понял значительность момента -
обхватила себя пальцами за правое запястье и резко дернула за ограничительный браслет.
Я же говорила уже, что в нашем попаданском доме работали ужасные шутники? И что они сделали так, что любая попытка снять браслет неправомочно и самостоятельно становилась заметна всем окружающим?
Вопль, сродни сирене, «Попаданка! Попаданка!» а также небольшой удар током заставил лысого подпрыгнуть от неожиданности и ослабить объятия окончательно, меня отпрыгнуть, рискуя таки напороться на нож — но тут уже особо выбирать не приходилось — а всех прочих пригнуться на секунду в удивлении.
Драконищу хватило.
Мгновенный оборот — и пепел позади меня. А у меня была пара секунд добежать и взгромоздиться на него. Кингсман тут же расправил крылья — и Эльвин уже взлетал следом.
Мы вообще действовали как слаженная, давно обо всем договорившаяся команда спецназовцев — вот до чего доводит падение на нижнюю пирамиду Маслоу.
Вот только наши противники тоже
обернулись, и теперь испепелить их не получилось бы. А значит нам предстояла гонка, раз уж с боем ничего не вышло.
Один из моих любимых моментов в «Звездных войнах» — гонка на подах, которую выиграл маленький Энакин. Так вот, только теперь до меня дошло, что его, наверное, всю гонку жутко тошнило. Обед то взмывал вверх, то проваливался в пятки — в зависимости от того, какой вираж закладывал драконище — с головы сорвало шляпку и кудряшки, пальце расцарапались в кровь, в попытке удержаться за острые чешуйки, а перед глазами, несмотря на зажмуренные веки, все кружилось.
Зато к столице мы, похоже, приближались стремительно. Только приблизиться нам все-таки не дали.
Загнали маневрами куда-то и…
В общем-то я не сильно в тот момент поняла. Но драконище вдруг замер… и принялся кувыркаться в воздухе, как-будто не мог больше лететь.
Я завизжала, вцепляясь в него еще сильнее.
А потом мы во что-то врезались, провалились, сверху посыпалось… и рухнули в какое-то помещение. И меня вырубило.
Кто, если не я?
— Просыпайся…
Мне снится мой дом.
Воскресенье — единственный день, когда никто никуда не спешит, и даже отец соглашается уехать от семьи только «в случае государственного переворота».
Поздний завтрак — блинчики, сырники, которые мама не успевает даже донести до большого блюда, мы съедаем на пути — плавно переходящий в обед. Разговоры взахлеб и смешные новости, а потом, обязательно, совместный выход — в парк, в кино. Копать грядки тоже бывает, и я ворчу, что дешевле купить всю эту картошку и помидоры, чем выращивать.
— Ну же, просыпайся.
Но первым делом — долгий-долгий сон после тяжелой недели, насыщенной учебой и секциями, пока ко мне не приходит мама и не начинает тормошить, чтобы я поскорее открыла глаза…
— Давай, открывай глазки… — продолжает шептать мне…
Голос не мамин.
Вообще не женский.
Мужской голос, но не грубый. И тормошат меня аккуратно…
Что за…
Я распахиваю глаза и