Камбоджийская рулетка стр. 33
– Ти-Нам сейчас приходить.
Она указала на Малко с улыбкой одновременно хитрой и покорной:
– Товарищ номер один.
– Ха-ха, – таков был ответ американца.
Он явно принимал Малко за нового любовника Монивань. Не обращая внимания на гостей, он снял рубашку, брюки, остался в серых плавках. У него было упитанное мускулистое тело, слегка загорелое.
Малко подумал, что хозяин собирается принять душ, но ничего подобного. Он натянул на себя боксерские шорты, забрался на диван в угол, достал откуда-то коробку и обернулся к Малко.
– Вы играете в шахматы?
– Да, немного.
– Давайте сыграем партию. Я люблю шахматы. Они меня успокаивают. А, черт, совсем забыл!
Неожиданно он схватил
себя за так понравившиеся всем черные волосы и потянул их вверх. К великому удивлению Малко, они оторвались от головы. Парик! Бросив его в угол, он взъерошил свои природные гораздо более светлые волосы, вынул какую-то заколку. Волосы опустились ему до самых плеч. Заметив удивление Малко, он объяснил:
– Хозяин моей компании заставляет меня носить парик. Иначе он не допускает меня до своей тухлой «дакоты». Утверждает, что пассажиры не доверяют моим длинным волосам!
С этими длинными волосами он напоминал не пилота гражданских линий, а Иисуса Христа... В этот момент он повернулся спиной, и Малко увидел, что его шорты были заштопаны во многих местах. Кажется, пилоты в Камбодже не относятся к категории высокооплачиваемых.
Когда они втроем вышли из дома, Монивань взяла Малко под руку и сказала:
– Все в порядке, в порядке.
Трудно было в это поверить.
– Твой друг не слишком любезен.
Американец шел немного впереди. Молча.
Монивань серьезно покачала головой.
– Ему много проблем... Деньги... Просить Ти-Нам... 30 000 риелей...
По всей видимости, Хал Давидов не купался в золоте. Его дом не отличался изобилием. Самая дорогая вещь там был автомат с вставленным магазином, валявшийся возле кровати. Обычный предмет в Пномпене.
Они увидели, что Ти-Нам, сидевшая под большим зонтом, встала и бросилась им навстречу. Американец что-то сказал ей и уселся на противоположной стороне бассейна. Оскорбленная Ти-Нам вернулась к Малко и Монивань.
– Хал гневается, – сказала она с грустью.
– Так что это за история с пирожками?
Вьетнамка стала серьезной.
– Вчера вечером Хал целый вечер готовил пирожки с ганшой. Он сам сделал тесто. Пирожки украли его друзья, когда его не было дома.
Малко начал думать о том, насколько предложение Монивань связать его с Хал Давидовым было разумным. С пилотом, который действует под ганшой. Это совсем не успокаивает... Малко стал понимать, почему Дуглас Франкель сделал гримасу, когда Монивань назвала имя этого странного пилота.
А в это время пилот оживленно беседовал со светлым гигантом, развалившимся в кресле и положившим ноги на стол. Каска лежала на земле. Пуленепробиваемый жилет был надет на голос тело. Военные брюки и сапоги. Картину дополнял автомат М-16, повешенный на спинку кресла.
– Я думал, что в Камбодже больше нет американских солдат.
– Это – австралиец, – объяснила Ти-Нам. – Да к тому же гражданский. Приехал в отпуск. Купил М-16, жилет и каску. Каждое утро бывает на фронте, не любит коммунистов. Старается их убивать. Живет в гостинице.
Странный отпуск. Эту идею можно будет предложить для Средиземноморского клуба... Охота за «красными кхмерами». Вместо того, чтобы привозить ракушки в качестве сувениров, они привезут печень.