Камень. Бронза. Железо стр. 17
течению, рванулись поперёк переката. Метров пятнадцать не дошли до того берега, снесло на стремнину. Подтянули нас к своим, надвязали мы ещё кусочек вервия и со второго захода достигли правобережья. Верёвку натянули, закрепили, верну лись. Плот спустили на воду, посадили в него половину народу и даже... переправились. Правда, на середине русла наступает мёртвая точка: находишься в положении древка стремы в натянутом луке. Под настроение преодолели и это.
Но во втором заезде верёвка не выдержала. Мы, слава Богу, за неё держались, поэтому пошли по течению не до самого Ржева, а лишь на длину обрывка. Опять надвязали. Веревка намокла, потяжелела, при переправе ложится на воду, тормозит, становится якорем. Но Андрей, человек сильный и упорный, завёл её, пусть и не с первого раза, куда надо. Девчата встречали его на берегу, как челюскинцы Ляпидевского.
К счастью, верёвка больше не рвалась, и за пять ходок мы весь наш личный состав и скарб перетащили. Кожу я на ладонях сорвал в кровь, но это были мелочи по сравнению с выполненной задачей. Велико же было наше удивление, когда через несколько дней выяснилось, что есть весьма сносный подъезд для машины и по правому берегу. Но это же — проза!
Переправа — “плот на верёвке” — действовала безотказно целый месяц. Мы ездили на левобережье за сухими дровами, за грибами и ягодами, встречали гостей. Она была нашей гордостью, эта своими руками наведённая постоянная переправа через Волгу под Ржевом!
На севере области мезолит изучен слабовато. Раскопок проведено мало, материалы почти не опубликованы. Ленинградские археологи, авторы раскопок, народ не шибко коммуникабельный. Ясно одно: мезолит на Селигере и на Верхневолжских озёрах есть, а вот какой он — ещё предстоит выяснить.
Восточнее Селигера, под Бологим и Вышним Волочком, тоже имеются намёки на ранние поселения. А некоторые стоянки под Удомлей, в зоне строительства Калининской атомной электростанции, автор раскопок Владимир Владимирович Сидоров вообще отнёс к позднему палеолиту.
Не лучше ситуация и с исследованием заселения верховьев Западной Двины. В разведках последних двадцати лет мы отнесли к эпохе мезолита 61 стоянку в этом регионе. Всегда, конечно, до раскопок остаётся сомнение в правильности датировки, особенно если ярких вещей в шурфе и в подъёмном материале нет. Анализируем технику расщепления кремня, характер заготовок, типы нуклеусов и орудий, обращаем внимание на высотные отметки поселения. Немалую, а иногда и решающую, роль играет интуиция.
А раскопаны в верховьях Двины лишь две мезолитические стоянки: Курово 4 (Кольцов, 1980 г.) и Озёры 14 (Воробьёв, 1990 г.). В обоих случаях площадь раскопов небольшая. Многие поселения распаханы или нарушены
селениями. Но всё же перспективы изучения мезолита Подвинья неплохие.
Заселение, видимо, шло с запада. Что мешает говорить об этом более твёрдо? Слабая изученность среднего течения Западной Двины в пределах Витебской области Беларуси, скудость данных по Псковской и Смоленской областям. А ведь именно эти территории и отделяют широкой полосой, протянувшейся с севера на юг, наше Верхнее Подвинье от Прибалтики, где изучение мезолита имеет хорошие традиции.
На каждом срезе времени учёные пытаются нарисовать картину древней действительности соответственно тем данным, которыми они располагают. Археологам помогают и палеографы, и геологи, и биологи. Да и сами они не сидят сложа руки.
Среди высших достижений отечественной археологии