Камень. Книга 3 стр. 87
Романовых показались крайне обидными, и даже оскорбительными, но они реально отражали моё отношение к сложившейся ситуации. А все действия Романовых только убеждали меня в собственной правоте.
— Лёшка! — спокойный голос отца вывел меня из этого ступора. — Ты не сильно батю приложил?
Возле уже приходящего в себя Императора возился дядька Николай, а мой отец так и продолжал сидеть, как ни в чём не бывало, на своём стуле посреди всего этого бардака, который образовался в столовой после «полёта» деда.
— Глянь батю, мало ли что… — попросил меня отец.
Эту просьбу я выполнил, тем более, и сам хотел удостовериться, что с дедом всё в порядке.
— Синяком отделается. — сообщил я ему и усмехнулся. — А вот я вообще весь синий буду. — боль от дедовских ударов появляться начала только сейчас. — Как кувалдой старикан лупит… И не скажешь, что сегодня днём при смерти был…
— Да уж… — улыбнулся отец. — Батя всегда отличался живостью характера.
В этот момент в столовую вернулся князь Пожарский:
— И что здесь, я стесняюсь спросить, произошло?
— С нашим с тобой внучком в одном вопросе не сошлись… — держась за грудь, ответил Император, который уже сидел, поддерживаемый дядькой Николаем.
Князь Пожарский ухмыльнулся и сказал:
— Вижу, у внука аргументы оказались весомее?
— Это точно. — Император, поддерживаемый младшим сыном, поднялся на ноги и тряхнул головой.
— Так, родственники, — решил вмешаться я, — хватит делать вид, что ничего не случилось. Поступим следующим образом. Ночевать я здесь не останусь, меня здесь не очень любят и, к тому же, бьют. Ещё каким-то там Советом Рода стращают, а мне это всё не очень нравится. А когда мне не нравится, я становлюсь злым и раздражительным… И в этом состоянии за свои действия не отвечаю. — я оглядел присутствующих. — Для проверки состояния здоровья деда приезжать буду каждый день, в случае экстренной ситуации телефон вы знаете. Второй сеанс обязательно проведу. И со страхом и дрожью в коленках буду ждать Совета Рода. Завещание составлю в пользу приютов и Рода Пожарских, так что вам, дорогие мои и любимые, — я смотрел только на Императора, — ничего от имущества Гагариных не достанется. Деда, — обратился я к князю Пожарскому, — до дома добросишь бедного сиротинушку?
— Д-доброшу… — он смотрел на меня круглыми глазами.
— Тогда пошли. Загостились мы тут…
Попытка Императора что-то сказать, была остановлена моим отцом:
— Батя, всё потом! Алексей, завтра ждём.
— Буду. — кивнул я.
Уже в машине дед спросил:
— По какому поводу тебя Советом Рода стращают? Если это не секрет, конечно…
Рассказал ему всё, и про гнев, после которого слёг Император, и про мою поездку к Петровым, и про то, как не пустил Императрицу в вертолёт, и про то, что она слила Владимировичам информацию об истинных причинах недуга своего мужа.
— Деда, ты не представляешь, как они меня все уже достали! Видеть уже этих Романовых не могу! Вот я и попросился у Императора обратно к вам в Род, а про Род Романовых сказал, что мне на него уже наплевать…
— Да, Лёшка, я бы тоже после таких слов тебе в морду с кулаками полез… — покивал головой дед. — Больше такого чтоб я от тебя не слышал. И на другого своего деда не обижайся, он в своём праве был.
— Да я и не