Камень. Книга 5 стр. 15
перед собой.
Только Андрей собрался поинтересоваться, всё ли у друга хорошо, как тот резко произнес, ни к кому конкретно не обращаясь:
— Я же их всех вырежу, как и обещал! Всех, сука, вырежу! И детей сожгу…
Сработавшая чуйка заставила Долгорукого забыть про свой вопрос и отскочить на темпе подальше от стола, опрокинув при этом стул. Андрей и сам не заметил, как вместе с ним от стола отскочили и Инга с Натальей, которые спрятались за ним, а со стороны Алексея пошла вполне ощутимая волна угрозы, которая с каждой секундой усиливалась. Соседние столы стремительно пустели, а обедающая студенческая молодежь, побросав вещи, подносы с едой, опрокидывая столы и стулья, разбегалась кто куда. А уровень угрозы все рос, пока не достиг совершенно запредельного значения.
— Бра-а-а-тик!!! — заверещала вцепившаяся в Долгорукого сестра.
А в столовой начало твориться что-то невообразимое — молодые люди просто орали, а девушки визжали от того ужаса, который исходил от Алексея. Многие студенты попадали без сознания на пол. Сам же Великий князь продолжал сидеть за столом в той же позе, уставившись пустым взглядом перед собой, и никак на происходящее вокруг не реагировал.
Наконец, ужас стал немного ослабевать, но случилась другая беда — столы вокруг Великого князя охватил огонь, сам Алексей встал, огляделся вокруг себя тем же отсутствующим взглядом и быстрым шагом вышел из столовой. Ужас ушел вслед за ним…
А Андрей Долгорукий начал судорожно тушить водой разгорающийся пожар…
* * *Так, Алексей, соберись, ты не о том думаешь! С Дашковыми разберешься потом! Как тебя учил Прохор — главное, уметь расставить приоритеты! Что для тебя сейчас самое главное? Правильно, как можно быстрее вытащить из Бутырки Виталия Борисовича. Остальное пока по боку! Сейчас надо идти до машины, ехать в Бутырку и попытаться предотвратить самое страшное, а по дороге звонить отцу и деду, требовать отмены казни и выяснять, каким же образом эти твари Дашковы умудрились добиться от Романовых казни фактического главы Тайной канцелярии. Хотя, звонить начинать можно было и сейчас…
Первым, кого я набрал, был отец, но он не отвечал. Попытка позвонить еще раз закончилась так же — гудки были, но трубку папаша не брал! Следующим был дед, который мне ответить тоже не удосужился!
Сука! Бл@дь ! Они что, сговорились?
Надо срочно звонить Прохору, может быть он сможет прояснить ситуацию со своим другом, и мне не придется никуда ездить? Так, вызов пошел… Воспитатель не отвечал тоже!
Сука, вы точно сговорились! Но почему сейчас? Решили Пафнутьева Дашковым слить и казнить, а мне специально про это не сказали, чтоб я не вмешивался? Бл@дь !
Кто ещё мне может помочь? Дядька Николай? Тоже глухие гудки без ответа!
Как так-то?
Твою же бога в душу в мать!!!
Я выскочил на стоянку, где моё появление не осталось незамеченным:
— Алексей Александрович, что случилось? — подскочили ко мне Дворцовые во главе с Виктором, старшим сегодняшней смены.
— Грузимся в машины, и быстро в Бутырку! — заскочил я в салон своей «Волги», опустил стекло и заорал на чуть замешкавшихся охранников. — Гоним, родные, и врубайте «люстры» с «крякалками»! Быстро!
Кое-как устроившись на сидении, начал напряженно думать, кому ещё можно было позвонить по поводу сложившейся с Пафнутьевым ситуации. Самое