Камень. Книга 5 стр. 69
родичей разрешения устроить в подвале небольшую домашнюю пытошную. Ну, такой лайтовый аналог Бутырки. Вот с тех пор и изучаем предмет под чутким руководством опытных наставников. — продолжал он вдохновенно вещать. — Все, как положено — есть лекции и практические занятия. Даже зачеты там разные сдаем по отдельным дисциплинам, типа, владение ножом, пилой, щипцами разными, иголками… Думаешь, зачем мы девок в стриптизе снимаем? В пытошную их глумиться отвозим. А мы вам не рассказывали? — он самым серьезным видом оглядел замерших курсантов. — Можем с братьями и вас, так сказать, приобщить к этому, не побоюсь этого слова, древнему искусству.
— Стесняюсь спросить, в качестве кого? — совсем «потерялась» Демидова.
— Саня, прекращай! — не выдержал Николай, и мы вместе с ним расхохотались. — Они же поверили! Даже я тебя успел представить в фартуке и с пилой в руках.
Александр тоже захохотал, а к нему, через некоторое время присоединились и все остальные курсанты, включая Демидову.
— Все, хватит! — пару минут спустя заявила она, держась за живот. — Саша, спрячься! Я не могу больше на тебя смотреть! Твой образ в фартуке и с пилой постоянно стоит перед глазами. Пойдемте лучше на полигон!
Полигон в поместье Демидовых был расположен стандартно — на задней части участка. Мы прошли по освещенным дорожкам мимо тех четырех коттеджей, которые я заметил по приезду, потом опять был небольшой участок леса, и, наконец, огромная поляна, окончание которой терялась в темноте. Расположились мы в здоровенной беседке с кирпичным камином, рядом с которым наличествовал и мангал с разделочным столом, возле которого уже колдовали два повара. После некоторой суеты охраны Демидовых, от беседки побежало пламя, зажигая на своем пути воткнутые в землю столбы. Через минуту я наблюдал достаточно большую поляну, освещаемою этими столбами.
— Очень красиво! — повернулся я к Евгении. — Ты сумела меня удивить.
— Спасибо! У нас так происходит каждый раз. — княжна была явно довольна произведенным эффектом. — Пока побудь в качестве зрителя, по ходу разберешься.
— Договорились.
Манипуляции с мешком, из которого курсанты начали доставать бочонки с номерами были понятны — тянули жребий, а вот когда Евгения с характерным стуком кинула на стол другой мешок, до меня начал доходить смысл этих «боев без правил». И я не ошибся — курсанты быстро разобрали делориевые браслеты и сноровисто защелкнули их у себя на запястьях.
Только я подумал, что не хватает какой-нибудь торжественно-пафосной музычки, как она заиграла из небольших динамиков, искусно скрытых в потолке беседки, а курсанты дружно направились на выход в сторону огороженного горящими столбами пространства полигона.
— Как тебе? — подтолкнул меня к выходу Александр.
— Баловство. — хмыкнул я. — Но впечатление производит.
— Женьке только про баловство ничего не скажи, она старалась.
— Хорошо.
Роль судьи исполнял Алферов, который мне сейчас очень напоминал Прохора — старик прохаживался вдоль строя курсантов и заглядывал им в лица. Наконец:
— Напоминаю, молодые люди, правила только два — не бить в голову и пах. Первая пара, приготовиться!
Да, отвык я уже от подобных зрелищ — слишком медленные, хоть и вполне профессиональные движения курсантов, ограниченность приемов, связанных с понятными правилами, затянутые поединки. Однако, без плюсов не обошлось — я искренне восхитился борцовской техникой Багратиона, который легко «поломал» всех своих противников, практически не пользуясь ударной техникой. Это, видимо, во мне