Камень. Книга Девятая стр. 53
— Договорились.
В вертолеты для перелета в Монако загружались по возрастному критерию — старшее поколение в одну вертушку, младшее в другую.
— Деда, ты же будешь вести себя прилично? — не удержался я от того, чтобы указать с улыбкой князю Пожарскому на его слегка провисающий на левую сторону пиджак с явными очертаниями фляжки во внутреннем кармане. — Не забывай, на борту один король, один принц и двое великих князей.
Старик демонстративно нахмурился:
— Иди давай, внучок, — он указал мне на остальную молодежь. — Будет он меня еще жизни учить! И вообще, к твоему сведенью, Бланзак уже загрузил к нам на борт ящик коньяка под предлогом заботы о комфортном перелете гостей рода Бурбон. Так что… — и изобразил неопределенный жест рукой. — Вам, кстати, французскую шипучку доставили. Смотрите, сами не переусердствуйте!
— Есть, ваше высокопревосходительство!
Что характерно, шампанское мы решили не открывать и ограничились французской же минералкой, а потом и вовсе стало не до алкоголя — ослепительные Альпы, представшие днем под солнцем во всей своей красе, отнимали все наше внимание.
— Лешка, я хочу сюда вернуться! — затаив дыхание, вещал сидевший со мной рядом Сашка Петров. — Бескрайние снежные просторы, отсутствие цивилизации, только ты и нетронутая природа! Первобытная, завораживающая красота!
— Женишься на Гримальди, договоришься по-родственному с Бурбонами о постройке бунгало в Альпах — и наслаждайся впечатлениями, — улыбнулся я и решил «приземлить» друга: — Только вот дети пойдут… другие разные заботы… Может, по старинке? Смоленщина, наши имения, дети под присмотром мамашек и нянек с ледяных горок катаются, а мы с тобой и Прохором на лыжах в лесу пятнашку по старой трассе мотаем?
— Но в Альпы надо как-нибудь на пару неделек съездить! — кивнул Петров, заметно растерявший весь романтизм. — Обязательно. — И тут же мечтательно зажмурился. — Но ты прав, родные места ничто не заменит. Правильно говорят, где родился — там и пригодился. — Он нахмурился. — Только вот разделит ли нашу с тобой патриотическую тягу к малой родине Кристина, особенно если учитывать ее происхождение? Она же урожденная принцесса и привыкла к совершенно другому образу жизни в времяпрепровождению…
— Любит — поймет, — безапелляционно заявил я, хотя, как и Шурка, уверенности не испытывал. — Не переживай, достойный образ жизни ты будущей супруге обеспечить сможешь, а все наши с тобой простенькие причуды Кристиной будут восприниматься как экзотические терзания загадочной русской души, и переводы произведений графа Толстого и господина Достоевского на иностранные языки тут нам сыграют на руку.
— Ты уверен?
— К бабке не ходи, — отмахнулся я, решив на затронутую тему переговорить с родителем — может, он сумеет что-то посоветовать.
И одновременно спроецировал подобную ситуацию на себя, придя к выводу, что сие в моем случае маловероятно — слишком я уверен в себе, в хорошем смысле, конечно же, чтобы мне запрещали отдыхать, как мне нравится. Хотя личность будущей супруги тоже следовало учитывать, как и ее интересы. И мои отношения с Алексией и Викторией, пусть земля ей будет пухом, здесь показатель — вы доверяете и не ограничиваете меня, я же доверяю и не ограничиваю вас. И одновременно вы должны быть вместе, являть собой пару. В идеале должен быть достигнут некий негласный компромисс, границы которого не преступают обе стороны, уважая, разделяя и поддерживая интересы друг друга. А если учитывать