Канатоходец стр. 39
сказал Маккриди. — Я вам верю. Кэри мрачно улыбнулся.
— Продолжайте, доктор.
— Человеческий мозг — самостабилизирующаяся система, — сказал Хардинг. — Если бы дело обстояло иначе, мы все давно бы свихнулись. Основная функция сознания — контролировать восприятие. Когда Денисон пытается углубиться в свое прошлое, он натыкается на блоки; невероятность того, что он находит в собственном сознании, настолько потрясает его, что он ищет убежища в забвении. — На лице Кэри отразилось непонимание, и Хардинг добавил:
— Он засыпает. Типичный истерический симптом. Во время нашего разговора он засыпал дважды. Оба раза я давал ему поспать десять — пятнадцать минут; проснувшись, он забывал, почему он отключился — это стиралось из его памяти. Это защитный механизм мозга против сумасшествия и, мне кажется, такое случалось с Денисоном и раньше.
— Я не совсем понимаю, — возразил Кэри. — Вы говорите, что Денисон наполовину безумен и в любой момент может уснуть или потерять сознание. Как же вы объясните тот факт, что ему удалось ловко одурачить одного из моих сотрудников, а потом проявить быстроту и сообразительность в смертельно опасной ситуации?
— Да, он вполне владеет собой, — согласился Хардинг. — Он проваливается в беспамятство лишь тогда, когда начинает думать о своем прошлом. Судя по вашему рассказу и по характеру ранения, он владеет собой значительно лучше, чем можно было бы ожидать в подобных обстоятельствах.
— Он чертовски хорошо владеет собой, — внезапно заявил Маккриди. Кэри повернулся к нему. — Я не успел сказать вам: он осалил миссис Хансен.
— Что он сделал?
— Он выяснил, что у нее есть пистолет, — он сам мне об этом рассказал. И добавил, что мне следовало бы знать о таких вещах.
На лице Хардинга можно было прочитать: «Ну, что я вам говорил!» Лицо Кэри было маской недоумения.
— И еще, — добавил Маккриди. — Алкоголик он или нет, но теперь он завязал. Миссис Хансен сказала, что вчера он попробовал выпить рюмку виски. У нее сложилось впечатление, будто он хлебнул отравы для тараканов.
— Забавно, — заметил Хардинг. — Человека, можно сказать, размешали, как овсянку в кастрюле, — будет достойно внимания, если это вылечит его от алкоголизма. Хотя такой метод лечения, безусловно, не может быть внедрен в практику. Как бы то ни было, его нужно госпитализировать. Я могу это организовать.
Кэри поднялся с места.
— Благодарю вас, доктор Хардинг.
— Мне хотелось бы увидеться с ним завтра, — Хардинг тоже встал. — Куда вы его отправите сейчас?
— Я позабочусь о нем, — мягко сказал Кэри.
— Валяйте, — проворчал Хардинг. — Без квалифицированного лечения безумие ему гарантировано, — он зевнул. — Ладно, я пошел спать.
Он вышел в коридор. Кэри вернулся к столу, взял обе фотографии и снова принялся разглядывать их.
— Вот и все, — сказал Маккриди. — Мы с треском провалились. Нет Мейрика — нет операции.
Кэри ничего не ответил.
— О чем вы думаете? — спросил Маккриди.
— О разных вещах, — медленно сказал Кэри. — Например, о том, что у нас нет Мейрика, зато есть чертовски хорошая замена для него.
У Маккриди отвисла челюсть.
— Вы имеете в виду Денисона? Но вы же слышали, что сказал Хардинг: этот парень в любой момент может свихнуться. Мне кажется, это неэтично.
— Не говори мне про этику, — жестко сказал Кэри. — У меня есть работа, которую нужно сделать, — он отшвырнул фотографии. — Иредаль хочет вернуть Денисону его лицо, Хардинг