Канатоходец стр. 53
сказал Кэри.
— Мне наплевать, жаль вам или нет. Можете заказывать мне билет до Лондона.
— Кто теперь занимается шантажом? — с иронией спросил Кэри.
— Требование разумное, — заметил Маккриди.
— Знаю, черт побери! — Кэри холодно взглянул на Денисона. — Если вы разболтаете хоть слово из того, что я вам сейчас расскажу, то окажетесь за решеткой до конца своих дней. Я лично прослежу за этим. Понятно?
Денисон кивнул.
— Все равно — я хочу знать.
Сделав над собой заметное усилие, Кэри заговорил.
— Судя по всему, в 1937 или 1938 году Ханну Меррикен нашел способ отражения рентгеновских лучей, — неохотно сказал он.
Денисон недоумевающе посмотрел на него.
— Это все?
— Все, — Кэри встал и потянулся.
— Этого недостаточно, — заявил Денисон. — Что в этом важного?
— Вам сказали то, что вы хотели узнать. Удовлетворитесь этим.
— Этого недостаточно. Я хочу знать, почему это так важно.
Кэри вздохнул.
— Ну хорошо. Расскажи ему, Джордж.
— Сначала я тоже ничего не понял, — сказал Маккриди. — Как и вы, я не мог взять в толк, о чем идет речь. Меррикен занимался чистой наукой и наткнулся на этот эффект перед самой войной. В те дни трудно было предвидеть какую-то практическую пользу от его открытия. Область применения рентгеновских лучей ограничивалась использованием их проникающей способности. Меррикен отложил свою находку в сторону как любопытную безделицу и не опубликовал о ней ни одной статьи, — он усмехнулся. — Шутка состоит в том, что сейчас практически каждая оборонная лаборатория в мире работает над проблемой отражения рентгеновских лучей, но все усилия до сих пор безуспешны.
— Почему это вдруг стало так важно? — спросил Денисон.
— Потому что появились лазеры, — деревянным голосом ответил Кэри.
— Вы знаете принцип работы лазера? — Денисон покачал головой, и Маккриди подмигнул ему. — Давайте посмотрим, как работал первый лазер, изобретенный в 1960 году. Он представлял собой стержень из синтетического рубина длиной примерно в четыре дюйма и примерно полдюйма в диаметре. Один конец стержня был посеребрен, чтобы создать отражающую поверхность, другой конец был посеребрен наполовину. Стержень был помещен в спиральную газоразрядную лампу, работающую по тому же принципу, что и фотовспышка. Уяснили?
— Пока что все ясно.
— В этих электронных вспышках заключена большая мощность, чем можно себе вообразить, — продолжал Маккриди. — К примеру, обычная вспышка, используемая в профессиональной фотографии, развивает мощность в 4000 лошадиных сил за ту краткую долю секунды, пока разряжается конденсатор. Вспышка, использовавшаяся в первых лазерах, была более мощной — скажем, 20.000 лошадиных сил. При вспышке свет проникает в рубиновый стержень, и тут происходит знаменательное событие: свет бегает взад-вперед по стержню, отражается от посеребренных концов, и наконец фотоны начинают двигаться согласованно. Ученые называют это когерентным светом в отличие от обычного света, в котором фотоны движутся хаотично.
Итак, при согласованном движении фотонов световое давление резко возрастает. Представьте себе толпу людей, которая пытается высадить дверь: они преуспевают значительно быстрее, если навалятся всем скопом, чем если будут подходить поодиночке. Фотоны высвобождаются одновременно и выстреливаются из полупосеребренного конца стержня в виде светового импульса. Этот импульс сохраняет почти всю ту мощность 20.000 лошадиных сил, которая высвободилась при разряде лампы.
Маккриди криво усмехнулся.
— Ученые мужи безумно обрадовались этой игрушке. Они обнаружили, что с ее помощью можно прожечь дыру в бритвенном лезвии с расстояния в шесть футов. В