Канун всех нечистых. Ужасы одной осенней ночи стр. 38
наяву. И гигантские клыки, торчащие из пасти кошки, терзали плоть дикарки. Взаправду.
В юности у Замалина была книга про вымерших животных. Кошка словно сошла с одной из иллюстраций. Саблезубый тигр. Чертов саблезубый тигр в гаражном кооперативе микрорайона Калининский.
Замалин опомнился и последовал примеру Цукерберга. Держась стены, он проскочил мимо хищника, встряхивающего уже мертвую дикарку. Тигр оторвался от пиршества. Кровь текла по устрашающей морде, желтые глаза вселяли душераздирающий ужас. Под серой, в черную крапинку, шкурой перекатывались мускулы.
– Хорошая киска, – выдавил из себя Замалин. Тигр плавно двинулся к нему. Замалин побежал.
Он бежал так, как не бегал никогда. Мелькали деревья, возвышались панельные здания, город спал.
«Не смотри назад, не смотри, не надо».
Замалин обернулся.
Тигр скользил по двору, как призрак, как нечистая сила, материализовавшаяся среди брежневских девятиэтажек. Двадцатисантиметровые, не меньше, клыки не позволяли ему полностью закрыть пасть. Замалин споткнулся и полетел на траву. Ворох палой листвы смягчил приземление. Тигр сбавил скорость. Он не спешил, наслаждаясь беспомощностью добычи. Замалин вскочил и ринулся к детской площадке. Жестяной Мойдодыр уставился в лужу нарисованными глазами. Замалин вскарабкался по лестнице на верхотуру облупленных горок – два с половиной метра над охотничьими угодьями зверя. Он съежился, наблюдая, как тигр подходит, как легко перепрыгивает через ограду возле будки сторожа. Небо над микрорайоном начало сереть.
– Помогите! – завопил Замалин. – Кто-нибудь, помогите мне, вызовите полицию!
Панельки безмолвствовали, глухие к мольбам. Кошачий хвост стегал воздух. Лениво сокращая расстояние, хищник месил грязь лапами. Он был уже под горкой. Кто рано встает, того тигр порвет. Хэштег #ледниковый период.
Замалин застонал, увидев, что чудовищная кошка поднимается на задние лапы, перебирая передними ступеньки лесенки. Когти заскребли о металл. Замалин представил Марину, потягивающуюся в постели в одиннадцать утра – лучшее время для пробуждения. Вот Марина включает электрочайник, чистит зубы, лайкает его новый пост. И не знает, что останки бойфренда растащили по детской площадке гиены.
Если здесь есть тигр с зубами-саблями, почему не быть гиенам?
Зверь поставил на ступеньку заднюю лапу. Замалин осенил себя крестом и оттолкнулся, съехав с горки в лужу.
«Пошел ты к черту, тигр!»
Замалин помчался по двору. Дальние высотки окантовывало розовое свечение, небо приобрело пепельный оттенок. Когда выйдет солнце, фантомы пяти утра растворятся в его лучах, не так ли?
Из кустов выпорхнула стрекоза величиной с чайку. Пролетела над песочницей, игнорируя Замалина.
До квартиры, в которой сладко спала ни о чем не ведающая Марина, было три минуты бега. Ноги подкашивались. Тигр нагнал добычу у наземного газопровода. Лапы ударили в спину, швырнули в грязь. Замалин заскулил. Зверь был так близко, что он различил кровавую росу на топорщащихся усах.
«Сейчас меня не станет», – понял Замалин.
Тигр грациозно махнул лапой. Острые когти распороли куртку и прочертили вдоль позвоночника неглубокие борозды. Кожу будто кипятком ошпарило. Зверь отскочил, закружился в победном танце, заурчал. Звук, какой издают старые холодильники, пускал по венам ледяные ручьи, теплые ручьи – по бедрам.
«Достаточно! Прикончи меня!»
Тигр метнулся к ногам Замалина и зубами сорвал ботинок вместе с лоскутом кожи. Пожевал итальянскую обувь, выплюнул. Дьявольская, забрызганная кровью морда нависла над испуганным человеком. Пасть отворилась, дыхание твари разило гнилым мясом. Ближе. Еще ближе.
Звонкий лай отвлек убийцу. И Замалин