Капризная фортуна стр. 111
в послеобеденное время состав путников изменился кардинально. Рябило в глазах от разноцветных тог людей, явно иных, скорее всего не трудовых сословий. Появилось много музыкантов со своими инструментами, участились движущиеся повозки с неким подобием театров или передвижных цирков. Все чаще попадались отделанные позолотой и дорогими породами дерева кареты. На открытых пролетках с кожаными сиденьями проезжали с бесшабашной, скорее даже опасной лихостью дамы и молодые девушки, тоги которых отличались большими вырезами на груди, длинными разрезами вдоль ног и отсутствием большого куска ткани на спине. Соревнуясь с девушками, не менее рискованно ездили и молодые парни. Причем чем больше дело близилось к вечеру, тем меньше оставалось на дороге крестьян. Но в противовес этому значительно увеличивалось количество нарядно и красочно разодетых людей.
Поток движения был практически одинаков в обе стороны. В один поселок или городок вливалась пестрая река, а ей навстречу двигалась не менее полноводная. Словно все обитатели княжества вдруг одновременно собрались друг к другу в гости и покинули свои обители.
Отдельно следовало сказать о людях военных и об оружии, которого ни у кого практически не было! Чисто декоративные кортики у некоторых солидных, убеленных сединой мужей выглядели скорее как обозначение какой-то должности, нежели статуса воина. Хорошо еще, что об этом факте орлы предупредили заранее, и все оружие отряда находилось в сумах и чехлах.
Не менее странно выглядело и полное отсутствие на тракте и в населенных пунктах воинских подразделений. Да что там подразделений, за весь первый день путешествия отряду только и встретились на пути две группы рыцарей. Два закованных в сталь бойца важно и величественно двигались на огромных конях, а еще точно таких же пятеро бойцов на приличной скорости пронеслись по дороге, пересекающей тракт перпендикулярно. При этом пятерка с явным пренебрежением относилась к гражданским лицам. Нарушая все правила и не испытывая малейшего уважения к людям, они громким свистом требовали уступить им путь, спровоцировав столкновение карет за
своей спиной в нескольких местах и порядочную пробку на самом перекрестке.
Сразу бросилось в глаза, что ярая антипатия между обывателями и рыцарями взаимна и доходит до той грани, за которой рождается ненависть. Вслед пятерке неслись оскорбительные выкрики, угрозы, вздымались кулаки, катился возмущенный гомон. Некоторые люди в разукрашенных тогах даже сплевывали вслед воинской элите княжества Керранги.
Отряд постоял чуть в стороне, потом объехал создавшуюся пробку по обочине и двинулся дальше. Долго торчать на одном месте не хотелось.
Ну а дальше вновь пошло разноцветье красок и обилие лиц, не обезображенных интеллектом, на которых было написано предвкушение забавы, танцев и веселья. Провожающий восхищенными глазами чуть ли не каждую открытую пролетку с красавицами, Фериоль решил высказать свои предположения:
— Наверняка в княжестве какой-то огромный праздник.
— Не иначе, — согласился Додюр. — Но именно поэтому на нас теперь каждый оборачивается и чуть ли пальцем не тычет. Одежда наша слишком скромная.
— Вот именно! — Аристина решительно потребовала у Виктора: — Надо сделать короткую остановку и, пока еще открыты некоторые лавки, купить нам подходящую одежду. А уже потом искать место для ночлега.
Заранее было решено съехать с тракта куда-нибудь в укромное место среди густых деревьев и уже там заночевать, охраняя беззащитных ночью катарги.
— Хорошо, — согласился командир, поворачивая коня с главной улицы