Капризная фортуна стр. 127
кока под локоть и потащила к выходу со словами:
— Интересно, тебя на здешнюю кухню пустят? Хотелось бы настоящей еды попробовать, а не здешних пресных блюд…
Что ей отвечал Додюр, слышно не было, тогда как отставший Виктор спросил у Фериоля:
— Чего это ты на нее? Вроде она все верно сказала.
— Не люблю, когда повторяют очевидное. Да и вообще, лучше ей сразу не поддаваться, любит она всеми командовать, даром что более двух лет рабыней пробыла. Вон нашего кулинара уже окрутила полностью. Каждое слово ее ловит и готов любое распоряжение выполнить.
— А тебе завидно? — хохотнул командир отряда. — Или ревнуешь? Так красавиц кругом хоть пруд пруди, на тебя глазками только и косятся, выбирай любую. А может, ты стесняешься?
Некоторое время недавний старец шел по коридору молча, а потом, уже на входе в обеденный зал гостиницы, признался:
— Ты знаешь, скорее всего, и в самом деле стесняюсь. Ведь я уже давно забыл, что это такое — обнять упругое женское тело. Да и порядки у нас в монастыре во все времена были весьма строгие и целомудренные. Если подсчитать, то я уже лет пятнадцать ни с кем ни-ни…
— М-да… Настолько застаревшие комплексы преодолевать трудно, — посочувствовал товарищ. — Но разве для нас существуют преграды? Прорвемся!
Во время завтрака-ужина постарались и в самом деле выдать себя за мелкопоместных дворянчиков с самой границы и наводящими расспросами выпытали у прислуги и других столующихся, что ночью в столице наиболее интересное. Так и спрашивали:
— Где сегодня можно лучше всего повеселиться?
И как правило, ответ начинался с недоуменного восклицания:
— Да везде! Вот хотя бы…
Дальше вариации ответов разнились, хотя большинство Указывало на одну из пяти площадей, окружающих княжескую резиденцию. И перечислялось, что там будет, кто выступает, как туда протолкаться и во сколько это выльется. То есть на улицах, площадях, в парках города всю ночь не прекращался единый, шумный праздник. Причем настолько шумный, что вышедшие из гостиницы путники вскоре признали: спать в таком грохоте и бедламе, даже за толстенными дворцовыми стенами, дело бесполезное.
— Вот потому они только и могут, что днем отоспаться, — резюмировала обсуждения Аристина. — Бедненькие…
— Да шут с ними, с этой беднотой. — Виктор крутил в руках предоставленную орлами карту. — Посматривайте лучше по сторонам, где-то здесь должна быть река.
Да только ничего подобного долго найти не удавалось. Прошли к тому месту, где должно было находиться озеро, но не нашли его. Вместо него возвышался внушительный холм, покрытый многовековыми деревьями. Причем весь этот природный парк окружала высоченная ограда в виде металлических стержней.
— Ого! Метров пять будет, — прикинул Фериоль.
— Все равно перелезть можно, — бравировал Додюр, млея от прикосновения к его руке женской ладошки.
— А толку? — засомневался Менгарец. — Да и заметят нас сразу.
Вдоль всей ограды с обеих сторон тянулись широкие дорожки, уложенные каменными плитами, а с той стороны фонари стояли с небольшим интервалом. Мало того, по внутренней дорожке время от времени проезжали парами вооруженные всадники. Не рыцари, скорее некто похожие или на воинов княжеской дружины, или на внутреннюю охрану. Но что самое удивительное, несмотря на всеобщее веселье и праздношатающиеся толпы изрядно подвыпивших горожан, никто из них вообще не подходил близко к ограде. Из чего только визуально можно было сделать уверенный