Капризная фортуна стр. 192
не стоял на пути отступающих. Но когда осознал всю горечь своего молниеносного поражения, тоже вскочил на коня и постарался скрыться в неизвестном направлении. Только, увы, на этого монарха у Менгарца имелись совсем иные планы. Заранее предупрежденные и давно присматривающие за холмом орлы катарги рухнули вниз, Ветер с изумительной точностью накинул лассо на грудь потерявшего управление над армией короля, и вот уже болтающий судорожно ногами Здорн летит в сторону дворца. И срывает этим бурю восторженных, приветственных криков с крыш домов. Жители города слабо верили в жуткого дракона, но теперь, когда они не только увидели его, их восторгу и выплескивающимся верноподданническим чувствам не было предела. А тут еще, оказывается, и катарги помогают новой власти.
Тем временем недавнего лидера Триумвирата доставили во дворец, разоружили, раздели, облачили в тюремную хламиду да и усадили в ту самую камеру подземелий, где совсем недавно умирал от голода принц Шуканро. Панически бегущие войска оказались брошены на произвол судьбы, ни преследовать их, ни брать в плен никто не собирался. Убежали, да и ладно! Кажется, в панике и страхе никто из подданных и не заметил, куда это пропал их бравый монарх. Чем впоследствии дальновидный Менгарец весьма грамотно воспользовался.
В полной темноте главнокомандующий разгромленной армии просидел часа три, с прискорбием осознав и уверовав, что так и умрет здесь от голода, сырости и жажды. И остро пожалев, что перед штурмом отказался от второго завтрака. Хоть и врожденный боец, всегда стойко переносивший тяготы любой военной обстановки, но теперь, в свои шестьдесят два года, он неожиданно, но с явным опозданием подумал о пенсии, спокойной старости и тихом уюте.
"Далась мне эта Шулпа! Нет бы, сидеть в своем королевстве да укреплять его всеми силами! И ведь возникли нехорошие предчувствия, когда после подписания перемирия этот Уйдано Лайри слишком уж мне ехидно пожелал крупной победы. Возникли! Но не прислушался к ним… Увы! А этот ушлый "болотник" сразу учуял опасность и без боя оставил все захваченные земли. Теперь-то я понимаю, почему он это сделал, да что толку?…"
Кажется, по задумкам главного режиссера разворачивающегося спектакля, такие мысли и должны были зароиться в голове у пленника на третьем часу его пребывания в подземельях. Пусть сам осознает, покается и созреет для принятия верных решений, чем будет кичиться своим титулом и короной. Пусть сравнит себя с мелкой букашкой,
судьба которой никчемна и бессмысленна. Вот тогда с ним можно и поговорить.
Поговорить пришло сразу несколько человек. С громким топотом и довольно весело переговариваясь, они вошли в темницу, озарили ее яркими факелами, и если
двух из них король видел впервые, то при виде третьего не сдержался от восклицания:
— Герберт! Так ты и в самом деле жив?!
— Твоими пожеланиями! — фыркнул принц. — Будь моя воля, ты бы уже висел в петле на центральной виселице города.
Его остановил молодой мужчина с атлетической фигурой, повелительным голосом и строгим взглядом:
— Но мы же договорились: кто старое помянет, тому… голову свернут. К тому же не забывай, Герберт, в нашей задумке мы распространяем слухи, что это именно по приказу Здорна тебя помиловали, а потом дали воссоединиться с войсками.
— Ну да, как я мог забыть, — расхохотался принц, а потом шагнул чуть в