Капризная фортуна стр. 65
критики:
— Не понял! Мы ведь уже обсуждали текст письма. Попросить прислать эскадру кораблей, придумать, как транспортировать дельтаплан, попросить как можно больше пороха… Ага, намечалось попросить и об отправке весточки в Дион. А ты что пишешь?
Виктора явно удалось смутить, да и он сам растерянно уставился на спонтанно родившееся любовное признание принцессе.
— М-да… Это я несколько увлекся, — признался он. — Хотелось вначале только сказать, что я полностью здоров и готов выполнить давно данное принцессе обещание, а вот как оно растянулось… Но с другой стороны, и это надо, места для всего должно хватить.
— Согласен. Но давай вначале я продиктую наши прежние наметки, а уже потом, если останется место на бумаге, пиши, что тебе вздумается.
Менгарец озабоченно почесал висок и принялся дальше записывать под диктовку жреца. Это оказалось более чем кстати: деловая часть письма еле поместилась на большом, но единственном листе бумаги. Следующий еще следовало раздобыть как трофей в одной из канцелярий противника. Портить гербовые, готовые к заполнению по надлежащему случаю бумаги было бы безрассудно.
Обратную сторону листа Виктор заполнил основными разъяснениями языка свистов. Естественно, нельзя было передать в тексте то, что воспринималось только на слух, но уж самые основные понятия он попытался выразить на бумаге обычными буквами, подробно разъясняя продолжительность, чередование и высоту
свиста. При желании и должном усердии Роза Великолепная хоть несколькими навыками из новой речи сможет овладеть самостоятельно. Потом ей вполне должно хватить сообразительности составить парочку простейших фраз. Вдобавок Менгарец очень настойчиво попросил крылатых посланцев хотя бы один час уделить при передаче сообщений посильному обучению Покорительницы Небес, дать первые основы переговорного свиста.
Сытые орлы выглядели довольными и польщенными таким повышенным вниманием. Да и задание Связующей Стай им хотелось выполнить как можно лучше. Когда письмо было уложено в непромокаемый рыбий желудок и привязано к лапе, они отправились в путь, пообещав вернуться через два дня. Аккурат к моменту обещанного возвращения Альири. Причем в основных переговорах между человеком и посланниками принимал самое активное участие Мурчачо. Он уже к тому времени общался с кормильцем чуть ли не бегло.
Присматриваясь во все глаза и прислушиваясь максимально к молодому орлу, Фериоль пытался разрешить для себя загадку. И когда в один из вечеров троица друзей уже укладывалась спать в Колыбельной, жрец не выдержал и спросил:
— Ты вот говорил, что в других мирах есть разумные птицы. Так? И что, все они вот так сразу, уже через месяц, начинают думать и соображать словно взрослая, полностью развитая умственно особь?
Для Виктора ответ на подобный вопрос тоже представлял огромный интерес. К сожалению, он не слишком в свое время интересовался как самими контактами человечества с разумными птицами, так и скоростью взросления молодых птенцов. Хотя общие исторические данные, критерии младенчества, продолжительность самого беспомощного возраста птенцов ему были известны.
— Все дело в том, что разумные птицы получают первые знания и набираются наследственного опыта еще в яйце. Порой этот период продолжается от одного до трех лет.
— Ага! — воскликнул диониец в озарении. — Значит, твой Мурчачо поумнел еще до появления на свет?
— Скорее всего. Надо будет только выяснить у катарги: какое время яйца проходят выдержку или вылеживаются у них в гнездах и как это делается.
— Тогда почему птенец