Капризная фортуна стр. 73
После первого взгляда никто особо не станет присматриваться к мелким деталям.
— О, батенька! — с уважением отозвался инопланетянин. — Да у вас там, в монастырь, никак монахов только из конокрадов отбирали?
— Книг больше надо читать, юноша! — назидательно отвечал Фериоль, помогая связывать лошадей в одну цепочку. — Кстати, а не боишься, что во время нашего отсутствия лошадей за целый день кто-то отыщет?
— Может и такое случиться. Но именно поэтому я и хочу оставить животных возле выхода из тоннеля. Там есть смотровая щель, и мы, еще при свете дня, внимательно осмотрим как саму поляну, так и окрестности. Да и орлов можно будет попросить заранее сюда слетать. Место, если ты успел заметить, глухое, даже от заброшенной дороги далекое, так что вряд там будут искать целенаправленно. Ну а от случая… чего уж там, никто не застрахован…
Вернулись в штаб только через восемь часов, почти перед рассветом. Да так и рухнули на кровати, засыпая еще в падении. Причем Виктора успела посетить здравая, но несколько запоздалая мысль: "Энергии реактор дает с лихвой, так что экономить нет никакого смысла. Тогда почему мы не используем "омолодитель" просто как восстановитель жизненных сил и духовной энергии? Ведь вместо того чтобы спать по пять — семь часов в сутки, достаточно полежать в медицинском устройстве половину, ну максимум целый час. И выбегаешь оттуда как новенький. Конечно, сейчас наш "механический доктор" занят, но в дальнейшем надо поставить дело нашего конструктивного отдыха на поток. Ведь и так ничего не успеваем…"
Глава пятнадцатая РАБСКАЯ ДОЛЯ
Оба партизана каменных джунглей проспали чуть ли не до обеда. Да и то были разбужены заполошными восклицаниями Додюра, который ворвался в штаб пышущим молодостью вихрем и бурлящим вулканом оптимизма:
— Вставайте, сони! Все на свете проспите! Ну! Веселей шевелите конечностями и постарайтесь хоть что-то на себя набросить приличное! Сейчас я вас познакомлю с прекрасной Аристиной!
— О! Она уже и прекрасная? — поразился Виктор, напяливая на себя одну из тог императора, которых тут хватало с избытком.
— Нет! Она — божественная! — На кока, с округлившимися глазами и с вываленным от восторга языком, было смешно смотреть. — Она — величественная! Она — несравненная! И самая прекрасная на свете!
— Если я ничего не путаю, она ведь старше тебя на пять лет!
— Не кощунствуй, умоляю! — Глаза Додюра полыхнули нешуточным гневом, отчего Менгарец и жрец из Диона недоуменно переглянулись: такой экзальтированности от своего друга они не ожидали. — Вы ее сейчас сами увидите и поймете мои чувства! — продолжал кок с восторгом. — Она сейчас одевается в коридоре в те одежды, что я ей насобирал.
Кажется, на него оказало влияние долгое воздержание и нежданное обозрение обнаженного женского тела. Хотя Виктор как ни силился, но так и не мог представить, как под той вчерашней грудой истерзанной и обожженной плоти могло таиться что-либо прекрасное и настолько возвышенное.
Но делать было нечего, разве что немного охладить кипение прозаичным вопросом:
— Завтракать сегодня будем?
Даже при всей зачумленности сознания великий кулинар вспомнил о своем долге и призвании, но скривился от противоречивых, раздирающих его сознание чувств. Затем выбрал нечто среднее между желанием и обязанностями:
— Вначале я вас познакомлю, а уж потом все вместе и позавтракаем.
Он выскочил наружу и уже через