Карьера или муж? стр. 11
– Разумеется, все это не выходило за рамки моей работы, – не без злорадства уточнила Кристабел и с удовлетворением отметила, как у Федерико сузились глаза.
– В противном случае, – с расстановкой произнес он, – я без лишних церемоний посадил бы тебя на первый же рейс до Лондона, не обращая внимания ни на какие протесты, нарушения контракта и штрафы.
– Вполне в духе неандертальца.
– Желаешь язвить? На здоровье! Но предупреждаю: если ты и дальше будешь меня провоцировать, меня ничто не остановит.
Кристабел вздернула подбородок и смело встретила взгляд Федерико.
– О, в этом я имела возможность убедиться.
– Верно. Но ты вела себя, как дикая кошка, и в ярости швыряла в меня что ни попадя.
Тогда под рукой Кристабел оказался письменный прибор из горного хрусталя – чернильница, пресс-папье и изящные часы, украшавшие антикварный письменный стол Федерико. Позже, когда Кристабел пришла в себя, ей стало жаль этих красивых вещей и обшитой дубовыми панелями стены, о которую они разбивались, устилая осколками резной паркет. Теперь она со стыдом вспоминала о своей несдержанности.
– Ты меня вывел тогда из равновесия.
– Сама напрашивалась.
Кристабел вспомнила, что этому предшествовала словесная дуэль: холодные и взвешенные фразы Федерико, которые ранили как острый нож, и ее – полные обиды и упреков.
– Ты решил, что пора успокоиться и все забыть?
– Мне казалось, что все давно улажено.
В глазах Кристабел вспыхнули золотые огоньки – она живо вспомнила, чем закончилось выяснение отношений. Федерико грубо распял ее прямо на письменном столе. Потом отнес в душ, обтер губкой, пропитанной ароматным жидким мылом, и, бережно обтерев полотенцем, уложил в постель, где все и завершилось восхитительной ночью любви. Кристабел дождалась, когда Федерико уснет, оделась и, лихорадочно собрав кое-что из одежды и оставив короткую записку, ушла на рассвете.
– Нет, – коротко и с достоинством сказала она.
Секс, каким бы волнующим он ни был, не решает всех проблем, в который раз заключила Кристабел.
Тогда, обнаружив наутро исчезновение жены, Федерико был подавлен и растерян, как никогда в жизни. Если бы не дела, он первым же рейсом последовал бы за ней в Америку, Но обстоятельства складывались против него: Джанфранко находился в Японии, так что Федерико пришлось самому лететь на запланированные деловые встречи в разных городах Италии, после чего он заехал в Рим навестить бабушку.
Словом, пустая постель, короткая записка и жена на другом конце света – Федерико тоже пришлось несладко.
– Если у тебя больше нет ко мне вопросов, я еду домой, – заявила Кристабел. – Назавтра у меня запланированы дела с раннего утра.
– Тогда нужно отыскать хозяина и поблагодарить его за гостеприимство.
Федерико взял руку Кристабел, но она тут же вырвала ее.
– С тобой я никуда не поеду.
Он насмешливо вздернул бровь.
– Неужели ты уже забыла о нашем уговоре?
– Вовсе нет! – выпалила Кристабел. – Но, черт возьми, я не позволю тебе жить со мной под одной крышей!
– О раздельном проживании не может быть и речи, – невозмутимо отрезал Федерико.
– Пошел к черту! – в сердцах огрызнулась Кристабел.
– Я уже побывал там, – с угрозой произнес Федерико, – и не собираюсь возвращаться.
– Думаю, – еле сдерживаясь, заявила Кристабел, – нам лучше отложить этот разговор.
– Я его