Карьера или муж? стр. 60
подбородок Кристабел, Федерико подумал, что до конца своих дней не сможет забыть ее испуганные глаза, ее бледность, когда она вошла в перевязочную.
– Я знаю.
Кристабел с трудом проглотила ком в горле, в ее глазах как в зеркале отражались охватившие ее чувства.
– Тебе надо отдохнуть.
– Ты так думаешь?
– Федерико...
Кристабел вдруг запнулась. Губы Федерико, слегка касаясь ее щеки, стали перемешаться вниз, к уголку ее рта.
– Угу.
– Мне трудно мыслить здраво, когда ты так делаешь.
– Разве это важно сейчас?
Федерико провел пальцами вдоль выреза ее топа, потом его рука скользнула ниже.
– Я хочу...
Дыхание Кристабел стало прерывистым. Она почувствовала, как пальцы Федерико коснулись груди и стали ласкать ее сквозь ткань бюстгальтера. Его язык обвел контур ее губ и скользнул в рот.
Да, Кристабел хотелось именно этого – вечно ощущать себя в крепких объятиях этого мужчины, единственного для нее мужчины. Все остальное не имеет значения.
– Так что ты хотела, дорогая? – мягко поинтересовался Федерико.
– Тебя, – просто сказала она. – Но сначала...
Кристабел запнулась, поскольку его пальцы расстегнули застежку бюстгальтера и стали мягко и в то же время настойчиво ласкать ее грудь. Кристабел почувствовала, как в ней поднимается горячее желание, и начала терять ощущение реальности. Федерико через голову снял с нее топик, отбросил расстегнутый бюстгальтер, и его губы стали по очереди ласкать ее соски. Восторг, охвативший Кристабел, был столь пронзительным, что у нее подогнулись колени, и она, чтобы не упасть, приникла к Федерико, обвила руками его шею. Кристабел чувствовала, как сильное желание наполняет каждую клеточку ее тела, выгнувшегося навстречу Федерико.
Нашептывая нежные слова, Кристабел стала осторожно снимать с него одежду, помня о раненой руке. Минуту спустя Федерико стоял перед ней полностью обнаженный, и Кристабел невольно залюбовалась его сильным загорелым телом, широкими плечами, мускулистой грудью, покрытой мягкими темными завитками. Нежность этого восхитительного мужчины, умелого и опытного любовника, сводила Кристабел с ума, она ощушала себя полностью в его власти.
Федерико поднял ее на руки и крепко прижал к себе.
– Осторожно, твоя рука! – поспешно напомнила Кристабел.
Федерико хрипловато рассмеялся.
– Боишься, что она помешает нам?
– Тебе же больно.
Федерико принес ее в спальню, и они опустились на кровать. Он долго целовал Кристабел, а потом чуть отстранился и удовлетворенно заметил, что ее губы чуть припухли, а глаза стали похожими на огромные бездонные колодцы, в которых он готов был утонуть. Федерико хотелось вдыхать ее запах, ласкать каждый дюйм ее тела, впиться губами в ее соски, почувствовать, как КристлЬел дрожит от возбуждения. Ему хотелось вечно обладать этой женщиной – его женщиной, его женой. Только она составляла настоящий смысл его жизни.
Впервые увидев Кристабел, он сразу же захотел обладать ею, ее душой и телом. Инстинкт подсказывал Федерико, что им суждено быть вместе, как будто они уже знали друг друга еще в той, прежней жизни.
Федерико всячески пытался отогнать от себя эти странные ощущения, чуждые его прагматическому уму. Он с ужасом понимал, что, не пойди он на вечеринку в дом друга, он мог бы никогда не встретить эту женщину. Точно так же и Кристабел по чистой случайности оказалась там, поддавшись на уговоры подруги. Из всех женщин, которых он знал, ни одна