Каркуша или Красная кепка для Волка стр. 125
карманы и не поднимая взгляда.
Пока не уперлась носом в чью-то грудь, обтянутую светлой рубашкой и черным пиджаком. Только тогда я подняла голову, отстраненно отметив, что противные, ледяные капли перестали попадать за воротник куртки. И не удержалась, вновь прижимаясь лбом к мягкой, прохладной ткани, чувствуя, как меня осторожно обнимают одной рукой за плечи, легко касаясь пальцами полоски голой кожи на шее. Неожиданно нежно и приятно, вызывая волну странного трепета внизу живота.
Одна беда, я была бы не я, если бы что-нибудь не ляпнула, перечеркнув нафиг все очарование этого момента. Так что, ничего удивительного, что постояв так минуты три, я все же не удержалась, выдав совершенно без какой-либо задней мысли:
— Ну что, олень? Вези меня, в свою страну оленью…
— Каркуша… — страдальчески вздохнул Эрик, обнимая меня крепче и…
Коснулся губами моей макушки?!
Шанса на то, что бы открыть рот и поинтересоваться, а что, собственно, происходит, мне не дали. Вообще. Весело фыркнув на мой обалдевший взгляд, Кальянов оперативно засунул меня в машину, отобрав сумку и бросив ее на заднее сиденье вместе с зонтом. После чего сел за руль, лихо выворачивая с парковки университета.
Оставляя позади и само унылое здание вместе с…
Я оглянулась и не смогла сдержать тихого, ехидного смешка. Моему обожаемому физику почти ядерщику сегодня крупно не везло. Остается только надеяться, что оказаться облитым водой из лужи из-под колес отъезжающей машины — это последнее его испытание на этот день. Хотя зная Илюшеньку, я бы, все-таки, не была так уверена.
Вздохнув, я все же села ровно, повозившись и устраиваясь поудобнее в кресле. И совершенно точно не была против, когда Эрик, искоса на меня посмотрев, крутанул ручку магнитолы, включая радио и ловя первую попавшуюся радиостанцию. Молчание, заполненное болтовней ведущих, с потугами на юмор и небольшие каламбуры, нас не напрягало и почему-то казалось очень…
Уютным?
Снова вздохнула, прислонившись виском к холодному стеклу, глядя на темнеющее
за окном небо и проплывающие мимо дома. Быть влюбленной это странно, как по мне. Постоянно сбиваться с толку, вспыхивать от злости и тут же гаснуть, искать подвох, второе дно, подтекст и просто чужой взгляд. Во всяком случае, так я думала глядя сначала на своих одноклассников, потом однокурсников и просто знакомых. А еще искренне не понимала, как до них не доходит, что отношения, особенно такие как любовь, это парная игра, где нет всегда правых и всегда виноватых. И все может рухнуть, стоит только подточить доверие своего партнера.
Теплые пальцы коснулись моей руки, лежащей на коленке. Прошлись в легкой ласке по тонкому запястью и крепко сжали ладонь, словно спрашивая разрешения. Глянув на Эрика, продолжавшего следить за дорогой, я только усмехнулась, переплетая наши пальцы.
Да, быть влюбленной это странно. Но здесь и сейчас мне нравилось это состояние. И все проблемы были где-то далеко-далеко, не имея никакого отношения ни ко мне, ни к этому чудному мажору, рядом с которым было так легко и тепло.
О том, что будет потом, я старательно пыталась не загадывать. В конце концов, старый добрый завет небезызвестной Скарлетт О’Хара «Я подумаю об этом завтра» никто не отменял, так ведь?
Вот только по закону подлости, на подумать не оставили ни времени,