Карл Маркс как революционер и экономист. От рабочих кружков к незавершенному «Капиталу» стр. 2
была, а теперь и не нужна, так как в настоящей книге все сказано.
К сожалению (или к счастью?), совсем избавиться от вступительного материала никак нельзя, и терпеливому читателю придется так или иначе продраться через, так сказать, дебри теоретизирования – возможно, местами наивного, – чтобы потом понять, что как раз здесь имеет место завязка того детектива, который вслед за тем явится на этих страницах.
Пролог
Сомнительно, чтобы избранный нами герой понравился читателю.
Гоголь. Мертвые души«Известно, что Маркс и Энгельс были против террора», – мимоходом замечает Роберт Конквест.
Откуда это известно? Оказывается, из одного письма Энгельса к Марксу, где первый высмеивает якобинский террор девяносто третьего года. Энгельс пишет, что террор был на руку «мелким мещанам, напускавшим в штаны от страха» и «шайке прохвостов, обделывающих свои делишки при терроре» (33/45).
Неплохо сказано, однако! Те же слова поставил С. П. Мельгунов эпиграфом для одной из глав своей книги, написанной в 1925 г.
Между тем у основоположников научного коммунизма можно найти высказывания, более подходящие для эпиграфов на такую тему. Например, однажды Маркс написал такое:
Мы беспощадны и не просим пощады у вас. Когда придет наш черед, мы не будем прикрывать терроризм лицемерными фразами (6/548).
Так что же, Энгельс был против террора, а Маркс – за? Но последняя цитата взята из газеты Маркса «Нойе Райнише цайтунг», где его соредактором был Энгельс. И угроза была заявлена публично от имени редакции. Как все это понять?
Мы догадываемся: два противоположных мнения относятся к разным временам.
Газета Маркса – Энгельса выходила в 1849 г. в Кёльне. И Маркс написал это не по зрелом размышлении, а сгоряча и в ярости – то был последний номер уже закрытой властями газеты – весь набранный красной краской (!).
Письмо же Энгельса написано в 1870 г. из Франции в Лондон. Видимо, за 20 лет Маркс и Энгельс в корне изменили свой взгляд на террор…
Однако проходит еще год с небольшим, и Маркс выпускает брошюру «Гражданская война во Франции», открыто одобряя террор парижских коммунаров, за что одна из английских газет даже назвала его «Доктор красного террора»…
Ну и как тут быть? Все-таки стояли Маркс и Энгельс за террор или против?
В такой постановке вопрос не имеет ответа. Не все так просто, дорогие товарищи!
Ошибку Конквеста обусловили три предпосылки. Выявляются они легко:
1) что Маркс и Энгельс имели твердое, принципиальное мнение по столь важному вопросу;
2) что Маркс и Энгельс непременно имели тождественные мнения по одному и тому же вопросу;
3) что Маркс и Энгельс всегда излагали те мнения, которых они держались.
Три молчаливо подразумеваемых презумпции, выражающих некое установившееся общественное согласие.
Совершеннейшее заблуждение.
После наших изысканий (прологи, как известно, пишутся в последнюю очередь) из цитированного письма Энгельса мы готовы допустить, как более-менее вероятный, только такой вывод: в сентябре 1870 г. некто Энгельс, возможно, придерживался того самого мнения, которое высказал словами письма. Всё.
О мнении Маркса в указанный момент времени (не говоря уже о других временах) вообще нельзя судить на основе цитированных слов его друга.
В поисках утраченного марксизмаВ одной рецензии (70-х годов) на вышедший тогда монументальный труд Лешека Колаковского «Марксизм и его основные течения» было сказано: автор не облегчает себе задачу, он рассматривает подлинный марксизм,