Касьянов год стр. 87
Но у меня есть рекомендательное письмо.
— Чье же?
— Виктора Таубе.
Напряжение сразу сменилось доброй улыбкой:
— Вот славно! Давно видели барона?
— Увы, давненько. Позвольте представиться: Алексей Николаевич Лыков, чиновник особых поручений Департамента полиции в седьмом классе.
— Лыков из Департамента полиции? Вы, случайно, родом не из Нижнего Новгорода?
— Именно так.
— Тогда я вас знаю. Наслышан, как же. Виктор много о вас говорил, прямо чудеса рассказывал. Про вашу силу, и вообще… Но прошу простить мою болтовню. Что у вас за нужда?
Сыщик первым делом вручил генералу письмо Таубе. Тот прочитал, убрал в стол и спросил:
— Вам понадобилась защита военных?
— Увы.
— От кого, от Трепова?
— Еще хуже: от Новицкого.
По лицу Маврина пробежала гримаса отвращения.
— Старый кретин… Что он выкинул на этот раз?
Лыков рассказал, как вел дознание и как оно было у него отобрано. Потому что якобы всплыло шпионство. Затем он разложил на столе найденные у вдовы бумаги. Генерал внимательно рассмотрел их и хмыкнул:
— М-да, сильные аргументы… Младенец лучше бы нарисовал кроки Новой Печерской крепости. Скажу так: их делали наспех, по памяти, какие-то малообразованные люди. Не военные. Это карикатура на шпионство, а не само шпионство.
— Такое экспертное заключение мне и нужно. Лучше за подписью командующего.
На этих словах дверь вдруг открылась. Подволакивая правую негнущуюся ногу, вошел старик в серой черкеске с генерал-адъютантскими погонами, кинжалом на поясе и Георгием третьей степени на шее. Драгомиров!
Сыщик и дежурный генерал вскочили. Командующий округом недовольно посмотрел на незнакомца. Увидел ленточку и смягчился.
— Братик мой, — сказал он Маврину, — как освободишься, подойди ко мне. Я у Владимира Александровича.
— Слушаюсь!
Драгомиров повернулся, чтобы уйти. Но вдруг раздумал. Он ткнул пальцем в штатского и спросил:
— Это кто?
— Надворный советник Лыков из Департамента полиции.
— Который приехал по делу Афонасопуло?
Ай да начальник края, подумал Лыков. Уже откуда-то знает.
— Точно так. Ему нужна наша помощь. Генерал-майор Новицкий решил забрать дознание себе.
— С какой стати?
Маврин покосился на Лыкова. Тот выступил вперед и пояснил:
— В бумагах убитого были обнаружены якобы шпионские материалы. Я подозреваю, что их сфабриковали и подбросили, чтобы меня отстранили и дело забрали жандармы. А Новицкий им не опасен, он убийц не найдет.
— А вы, значит, найдете?
— До сих пор всегда находил, — ответил сыщик, решив не спускать даже Драгомирову.
Командующий округом задумчиво посмотрел на питерца. Видимо, пытался понять, хвалится тот или говорит правду.
— Покажите мне бумаги.
Маврин протянул «кроки» и листы со штатами саперной бригады.
— М-да… То ли шпионы поглупели, то ли у ваших противников было мало времени. Скорее второе. Как думаете?
— Так же, как и вы, ваше высокопревосходительство. Штаты списаны из адрес-календаря, зарисовка укреплений смехотворна. Но мне нужно официальное заключение военных. Лучше за вашей подписью.
— Братик мой, поручи это полковнику Лукомскому. Срочно, от моего имени.
— Сию минуту.
Маврин выбежал из кабинета. Драгомиров, хромая, вышел следом. Сыщик остался один. Кругом военные тайны разбросаны, а у него даже документов не спросили… По счастью, хозяин скоро вернулся и сказал:
— На это уйдет некоторое время. Не желаете ли чаю?
— Алексей Алексеевич, позвольте, я пока вопросы задам? Понимая вашу занятость, постараюсь кратко.
— Товарищу Виктора Рейнгольдовича я не могу отказать. Что вас интересует?
— Шпионаж, о котором говорил