Каталог киллерских услуг стр. 108
хозяин «десятки» не зря так припозднился с мотором – его машина была не в порядке! Паше некогда было вникать в такие мелочи, но теперь его планы летели к черту.
Издав торжествующий индейский клич, Гуров вдавил в пол педаль газа и помчался вниз с горы прямо на красные огоньки.
Паша его заметил. Ему снова удалось запустить мотор, он тронулся с места и неожиданно свернул на проселочную дорогу, которая, петляя меж лугов, шла в сторону далеких огней какой-то деревни.
Но теперь все преимущества были на стороне Гурова. Он выжимал из машины все что можно и возле неширокой, невидимой в темноте реки догнал «десятку», которая как раз въехала на мост и заглохла.
– Уберите ногу – я испорчу вам дорогой ботинок! – с азартом проговорил Гуров, направляя грузовик прямо на багажник "десятки".
Мысленно он отдал должное хладнокровию этого типа, который даже не вышел из машины. До последнего момента он все пытался завести мотор – только высунулся на секунду из окошка и выстрелил в надвигающийся на него грузовик.
Все-таки стрелок он был отменный – пущенные веером пули высадили ветровое стекло напрочь, и если бы Гуров не успел за мгновение до этого нырнуть на сиденье, его голова тоже бы разлетелась вдребезги. Но он потерял на какое-то время контроль над машиной, и тяжелая цистерна, задев боком «десятку», смела ее вместе с обломками перил в реку.
Проскочив на другой берег, Гуров сумел все-таки поймать руль и справиться с тормозами. Едва грузовик остановился, он выпрыгнул наружу, выхватил свой пистолет и побежал назад к реке.
"Десятка" встала на попа, уткнувшись капотом в ил. Глубина в речке была примерно Гурову по грудь. Место водителя было скрыто под водой. Из кабины с возмущенным бурлением исходили пузыри воздуха.
Держа пистолет наготове, Гуров залез в прохладную, пахнущую тиной воду и подобрался поближе к машине. Он ожидал любой каверзы, но, судя по всему, в этот день везенье изменило даже Ковбою. Гуров обнаружил, что его противник по-прежнему находится в кабине, зажатый между рулем и сиденьем. Он был сейчас совершенно неопасен, потому что потерял сознание. Главная опасность была в том, чтобы он не умер раньше времени. Гурову удалось после нескольких попыток освободить бессильное тело из ловушки, в которую оно попало, и выволочь его на берег.
Переложив в свой карман пистолет Ковбоя, Гуров сделал ему искусственное дыхание и вскоре привел в чувство. У Пашки была разбита голова, его несколько раз вырвало, и он еще плохо ориентировался в пространстве. Однако наручникам, которые на него надел Гуров, не удивился.
– Тебе зачитать
твои права? – насмешливо спросил его Гуров.
Пашка сплюнул на траву тягучую рвотную слюну.
– Кончились мои права, – сказал он и добавил: – Башка болит – поспать бы.
Дней через пять, примерно в половине двенадцатого из здания прокуратуры вышли Гуров и следователь Щербаков. Оживленно переговариваясь, они направились к машине, в которой их дожидался Крячко.
– А вас тут товарищ спрашивал, – сказал Крячко, указывая на противоположную сторону улицы. – Интересовался, скоро ли выйдете.
Там в компании двух мордоворотов стоял господин Величко, без пиджака и без галстука. Лицо у него было мрачное и насупленное. Впрочем, увидев, что Щербаков машет ему рукой, Величко просиял и быстро перешел