Казак в Аду стр. 118
хлопнула себя ладонью по лбу:
– Таки да! Какая же я дура, что забыла… Мы все должны помолиться! Пусть каждый на своём языке, в лоне своей религии, но без молитвы врата Райские опять будут на замке, и кто мы такие, чтоб лезть туда с фомкой?!
– Погоди ты со своими молитвами, – отмахнулся православный казак, перекрестился тут же и извинился: – Прости, Господи! Но я не об этом… Взрываться вместе с летающей тарелкой благородно, но неправильно! Это… это акт отчаяния! Мы должны до самого последнего момента верить и надеяться на Промысел Божий, мы не можем сдаться, пасть духом, сложить лапки и просто умереть…
– Таки давайте умрём прикольно, по-американски, выставив голые задницы в лобовое стекло? – мрачно буркнула недовольная израильтянка. – Взорвёмся-то всё равно как миленькие, но Рая нам после такого безобразия точно не видать!
– Мощный всплеск безудержной энергии! Огонь, разрывающий на части! Невозможная, невероятная смерть для любого эльфа…
– Стоп! – Указующий перст образованного подъесаула упёрся в ребристую грудь Миллавеллора. – Значит, это невозможная смерть для эльфа?!
– Да, любовник и книгочей, – вступилась за жениха Рыдающая Принцесса. – Эльфы так не умирают. А вот от вашего тыканья пальцем в грудь мой жених может и якопытитьсс, продырявите же на гиф!
– Эльфы так не умирают. Эльфы не могут умереть в летающей тарелке от взрыва остатков топлива и системы самоуничтожения! Это претит всем канонам фэнтезийной литературы, завещанной нам великим Толкиеном! – зациклился казак, пытаясь ухватить за хвост мечущуюся мысль. – А ну-ка, дядя, что там надо сделать с кольцом, чтоб оно зафункционировало?
– Достаточно мысленно попросить, но…
– Таки мы помним, что в нём нет силы, – уверенно вмешалась Рахиль, – но Ване так надо, а я ему верю. Давите на перстенёчек с мыслями о спасении, что-то будет…
– И побыстрее, – изменившимся голосом попросил Ганс, стоящий на стрёме у иллюминатора. – До обрыва метров пять, скоро брякнемся…
– Ик! – восторженно ответил Док, выуживая очередную бутылочку.
Чудеса традиционно происходят в самый последний момент,
иначе бы они и не были чудесами. Старый эльф-наркоман прекрасно понимал, что силы в Синем кольце Элронда осталось гном наплакал, оно даже не могло вернуть в родной Холм их с невестой. Но что-то произошло…
Сначала стало темно, словно снаружи резко выключили свет. Раздались недоуменные голоса ребят из Белого Братства и нервное рычание нави. Потом, наоборот, во все окна ударил ослепительный свет! Рычание сменилось жалобным визгом, клыкастые твари катались по чёрной земле, пытаясь зарыться и спрятаться, закрывая лапами морды и пряча глаза… Ошарашенные дети Дэви-Марии беспомощно опустились на колени, побросав оружие, а сама «живой бог» быстренько испарилась отовсюду, включая их знамёна и плакатики…
Прямо перед летающей тарелкой встала гигантская мужская фигура в строгом костюме-тройке английского покроя, в очках и с трубкой…
– Ой, мама, это що, Господь Бог? – едва не присела любопытная еврейка. – Таки я всегда думала, что он с бородой…
– Поднимай выше, – сипло ответил начитанный казак. – Это ж сам Толкиен!
Фразочка получилась едва ли не гоголевская, но била в самую суть. Даже и. о. Вельзевула, округлив оранжевые глаза, исчез в неизвестном направлении, связываться с тем, кому поклоняются миллионы, себе дороже…
– Прекрасная дева Нюниэль и благородный рыцарь Миллавеллор, я исполню ваше желание, – раздался мягкий, чуть прокуренный баритон. – Идите же сюда, не бойтесь,