Библиотека

Казак в Аду стр. 71

Размер шрифта
-
+
Тема

довольно большой, хоть и неровный круг и презрительно всучили молодому человеку его оружие. Подъесаул нежно, словно ребёнка, покачал в руках старую златоустовскую шашку. Её клинок ответно улыбнулся казаку, на ширину ладони выскользнув из ножен.

Признаться, никакого разумного плана в чубатой голове нашего героя не было и в помине. Всё на исключительной импровизации – обругать противника, вызвать ответную реакцию, получить свободу, драться и… Ну, дальше несколько противоречивых вариантов. Благородно уступить даме, ни за грош погибнув под изогнутым эльфийским мечом? Легко! Пожалуй, даже легче всего, но и глупо тоже, до фэнтезийной заштампованности…

Вариант порубания противницы в капусту, а также нанесения всевозможных увечий различной степени тяжести вообще отпадал как таковой по целому ряду уважительных причин. Победителя просто не извинили бы ни влюблённый эльф, ни девочки в чёрном, ни даже он сам. Впрочем, он сам в первую очередь…

– Встань в круг, йрязныг кодоноп! Посмотрим, сумеешь ли ты умереть как мужчина, а не йраныд ьобелк…

– Ах ты плесень недетородная, – на полуавтомате сорвался казак и, смело шагнув на поединок, выхватил из ножен шашку.

Нюниэль нехорошо улыбнулась, подошла к нему почти вплотную и пристально посмотрела в глаза…

– Один шаг за черту, и мужчины выпустят стрелы. Когда ты погибнешь, они изберут мишенью твою девушку…

– А если погибнете вы?

– Моё место займёт следующий воин. Нас много. Скольких бы ты ни убил, рано или поздно твоя голова скатится к ногам того, кто возглавит общину чёрных эльфов…

– А… это… – несколько невпопад не удержался молодой человек. – Вас тут что, аллергия не мучает?

– Ты знаешь, нет, – неожиданно совсем другим тоном ответила принцесса. – То ли климат иной, то ли эльфы не те, свободно дышу носом – сама себе удивляюсь… тьфу! Я хотел сказать: умри цодлеп!

Отчаянный подъесаул только улыбнулся в усы: у Нюниэль были нормальные голубые глаза, без малейшего вкрапления черноты! Значит, не всё потеряно и надо суметь победить… Двигаясь по кругу, он как бы невзначай встал поближе к Рахили и, пользуясь моментом, прыгнул к любимой еврейке.

– Слушай, я хотел сказать, что… а, неважно! Давай я просто тебя поцелую?

– Не-э-э-эт!!!

– Ну… нет так нет, чего орать-то… – не успел даже толком обидеться казак, как две чёрные стрелы, свистнув у него над ухом, впились в дерево, чудом не задев пленницу. – Матерь Божья, заступница, что ж я из круга-то вышел?!!

От ещё двух стрел Иван увернулся, третью отбил шашкой, быстро забегая назад, на чётко очерченную территорию. Рахиль смотрела ему вслед, беззвучно матерясь, злая, как енот-полоскун при виде телеведущего с «Тайдом». Три стрелы торчали в стволе ёлки так близко, что она" могла коснуться их бедром, а четвёртая намертво пришпилила ворот армейской куртки, едва не поцарапав шею. Два сантиметра в сторону, и она бы уже захлёбывалась кровью, со стрелой в горле, только из-за того, что этот идиот так «вовремя» вспомнил о поцелуях…

Что ж, вышеозначенные правила игры соблюдались жёстко и честно. Едва молодой человек прыжком вернулся в круг, чёрные эльфийки тут же опустили луки. Вечно Рыдающая Принцесса, скинув плащ, замерла в картинной позе – в мини-юбке, с сияющим мечом в руках. На лезвии клинка, ближе к рукояти, горели священные руны: «Нет бога, кроме Толкиена, а Питер Джексон пророк его!»

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.