Кикимора болотная стр. 25
возможность согласования временного съезда.
— Может, вертолетами дешевле будет? — тоскливо спросил тип в очках.
При этих его словах Тася даже ощутила к нему некоторое сочувствие, потом вспомнила, как она непрерывно бьется с офисной шушерой его предприятия, и сочувствие исчезло без следа.
— Я, пожалуй, пойду! Суть я вам в двух словах изложила. Пакет согласовательной документации вот, мои юристы подготовили, конкретику вам Эмма Эдуардовна обрисует. — Тася положила перед заказчиком пачку документов и жалостно посмотрела на Кислицкого. — Леонид Александрович, отпустите меня, а?
— Вот еще! Что значит пойду? — вскинулся заказчик, глядя на Тасю сквозь свои черные очки. — Сама тут повеселилась, мне настроение в двух словах испортила и теперь пойдет! Нет уж, Анастасия Михайловна, оставайтесь и вместе со всеми голову ломайте теперь. Не хочу я съезд с федеральной трассы согласовывать. Абсолютно! А ускоряться надо! Очень надо.
— Я, конечно, понимаю, что вы в разведчика играете, но мне весьма тяжело с человеком разговаривать, когда его глаз не видно. — Тася наконец нашлась. Такую вот незатейливую ядовитую шпильку ему воткнула. Пустячок, а как приятно.
Заказчик ухмыльнулся, медленно снял очки и тут же сощурился. Глаза у него оказались потрясающе красивые, хрустально-серые, с густыми черными пушистыми ресницами. Точь-в-точь как у зверя из Тасиного сна.
— Я не в разведчика играю, Анастасия Михайловна. Я болен и не могу выносить дневной свет. Оттого и очки. Поверьте, они меня самого очень раздражают. — Он медленно надел очки, продолжая смотреть на Тасю.
Ей стало очень неловко.
— Извините. Извините, пожалуйста. Я не хотела. Господи, как неудобно. — Тасе хотелось сквозь землю провалиться, а еще ей хотелось плакать. Надо же! Взяла и вот так между делом мужика обидела. А он больной оказался. А еще симпатичный. Без очков-то сразу видно стало, какой он симпатичный.
— Ничего, Анастасия Михайловна. Я уже привык. Не вы первая, не вы последняя.
Ну вот! Она еще не первая и не последняя! Уел так уел.
— Я все-таки пойду. — Тася чувствовала, что она не может больше оставаться в его присутствии.
Она вскочила, уронила свой ежедневник, вежливый Светин кинулся его поднимать. Короче, образовалась маленькая неловкая куча-мала. Последнее, что она видела, когда обернулась на выходе из кабинета Кислицкого, была кривая улыбка мужчины в черных очках.
У себя в кабинете Тася первым делом схватила сигарету.
«Только бы не разреветься. Надо же, ну что за язык-то такой у меня мерзкий!» — думала она, нервно затягиваясь.
Через час к ней в кабинет ввалилась Эмма. Она плюхнулась в кресло у Тасиного стола и тяжело вздохнула.
— Уфф! Всё, уехали! Всем кагалом в организованном порядке!
— Эмма! А чего у нас нормального проекта транспортировки до сих пор нет? — поинтересовалась Тася.
— Есть, аж в трех вариантах — федеральная трасса, временная дорога через болото, ну и вертолеты. — Эмма заржала. — А хорош мужичонка-то?
— Который? — Тася сделала удивленное лицо.
— Кончай придуриваться! Ты ему тоже понравилась. Верь мне, старая Эмма зря не скажет!
— Ага, точно понравилась. Особенно когда шутку свою про его очки пошутила.
— Да ладно, кто ж знал! У меня у самой на языке вертелось. Виданное ли дело, чтобы зимой в нашем болотном сумраке в солнечных очках ходить! Это больным на всю голову надо быть. Там… это… наш начальничек Кислицкий тебя просил зайти.