Кикимора болотная стр. 55
в переговорном устройстве сменились всхлипами.
— К вам тут гражданки две пришли, — смущенно сказал охранник.
Лена с Тасей кинулись к лифту. Когда они поднялись на этаж, дверь в Верину квартиру оказалась открытой настежь. Они зашли в квартиру, сняли сапоги и начали искать Веру. Квартира Веры и Сельдерея была никак не меньше их «дачки». Наконец они нашли Веру на кухне. Кухня городской квартиры по размерам слегка уступала размерам кухни на «дачке». Но только слегка. Вера сидела за большим обеденным столом, уронив голову на руки.
— Вер! Чего случилось-то? — ласково спросила Тася и осторожно погладила Веру по спине.
— Говори давай, а то я сейчас описаюсь! Так бежала, хорошо еще сумку взять не забыла, — заявила Штукина, стаскивая с головы беретку и пристраивая свою огромную сумку на стул.
— Мы сейчас обе описаемся, — добавила Тася.
Вера всхлипнула и застонала.
— Не томи, — строго сказала Штукина.
— Сельдерей с любовницей своей в Париж уехал! — выпалила Вера и зашлась в рыданиях.
— Тьфу ты господи! — выругалась Штукина. Она повернулась и исчезла в глубине квартиры. Видать, пошла раздеваться и искать туалет.
— Вер, а мы-то подумали, что умер кто! Ну ты нас и напугала. Подожди, я шубу сниму, и мы это дело перекурим.
Вера опять невразумительно застонала, а Тася направилась из кухни вслед за Штукиной.
Когда они опять собрались на кухне, Вера уже слегка успокоилась и курила.
— Давай рассказывай, только не реви больше, а то я тебе в морду дам. Не люблю я эти бабские штучки. — Лена Штукина тоже закурила.
— Не любишь, так и нечего было приезжать. Тебя не звал никто, я Тасе звонила, — проворчала Вера.
— Вера! Веди себя прилично. Мы обе кинулись. Я действительно подумала, что с Сельдереем страшная беда. Убили, посадили или еще чего нехорошее. Конечно, я Лену позвала, как без нее? — искренне удивилась Тася. — Подруги ж все-таки!
— Вот так! Как убили, посадили, так без Штукиной никак, а вот если на прелюбодеянии
застукали, так без Штукиной вполне даже можно обойтись? — справедливо возмутилась Лена.
Вера махнула рукой и опять заплакала.
— Хватит реветь. Это еще никому не помогало. Давай рассказывай. — Тася сунула Вере в руку очередную сигарету.
— Я вчера ему чемодан собирала. Ну, помните, в командировку в Китай?
— А как же! Конечно, помним. Далеко лететь, давление, валидол и все такое, — сообщила Штукина.
— Рубашки ему нагладила, сложила носки, трусы. Стала все ему в чемодан укладывать, гляжу, а у него там путеводитель по городу Парижу. — Вера опять горько расплакалась.
— Тю! И все? — поинтересовалась Штукина.
— Если бы, — продолжила Вера сквозь слезы. — Я еще, дура наивная, подумала, что он к нашей с ним новогодней поездке готовится. Обрадовалась. Вот, думаю, молодец какой!
— И правда, я бы тоже сразу так и подумала! Тась, а ты? — Штукина захохотала.
— Хорош прикалываться над чужой бедой! Вер, дальше рассказывай. — Тася на самом деле уже все поняла.
— Ну, сегодня с утра самого, еще затемно, он в аэропорт поехал, еще поцеловал меня на прощание. — Вера громко всхлипнула. — А я, как проснулась, увидела, что он свой органайзер забыл.
— Это чего такое? Объясните нам, ментам темным, — поинтересовалась Штукина.
— Это, Лен, навроде записной книжки, только электронной, ну, или маленького компьютера. Там и в Интернет выходить можно, банковские операции проводить