Кикимора болотная стр. 64
наконец, уехала домой. Дома она наскоро поужинала и уселась еще раз просматривать добытые документы, не упустила ли она чего. Из бумаг следовало, что она украла у фирмы довольно приличную сумму. Тасю, мягко говоря, затрясло, и она решила воспользоваться советом мужчины с обворожительным голосом, для чего полезла в кухонный шкаф и отыскала там бутылку коньяка. Коньяк ей очень давно подарил кто-то из заказчиков по поводу какого-то праздника, и он так и стоял в красивой коробке нераспечатанный. Вино бы Тася уже давно выпила, а вот к коньяку она относилась с большим подозрением. Когда-то в юности, еще во время учебы в институте, они с Верой пробовали нечто, что называлось коньяком, и Тася на всю жизнь запомнила, какая это гадость. Даже к водке Тася впоследствии относилась с большим уважением. Она вскрыла бутылку, налила себе рюмку, выдохнула, зажмурилась и залпом выпила, точно так, как в детстве пила такую гадость, как хлористый кальций. Лекарство есть лекарство. Оказалось, что коньяк на хлористый кальций совсем не похож. По телу у Таси разлилось приятное тепло, она с удивлением посмотрела на бутылку и налила себе еще рюмочку. На этот раз пила маленькими глоточками, получая удовольствие от тепла, которое волнами расходилось по всему телу. На душе действительно стало спокойнее. Тася спрятала бутылку в шкаф и отправилась спать.
ЛЕШИЙ
Ночью, однако, несмотря на выпитый накануне коньяк, спала Тася чрезвычайно плохо, впервые в жизни с нетерпением ожидая звонка будильника.
Наутро она быстро собралась, поцеловала спящую теплую Дуську и поехала в аэропорт, оставила машину на парковке и почти перестала нервничать, только когда уже сидела в самолете в салоне бизнес-класса. Взлет задерживался. В Тасе нарастало раздражение, и она нетерпеливо поглядывала на часы. Наконец, привезли опаздывающих пассажиров, и Тася стала ожидать взлета. В салон ввалилась целая толпа мужчин средних лет. Кресло рядом с ней было свободно, и в него плюхнулся довольно упитанный дядька. Он тяжело дышал и вытирал пот со лба.
— Вы позволите? — поинтересовался он у Таси.
Странно, сначала уселся, а потом спросил. И вообще, зачем спросил? Неужели, если бы она не позволила, он встал бы и полетел стоя, как в автобусе? Наверное, это пережитая накануне нервотрепка, да еще задержка вылета трансформировались у Таси в сильнейшее раздражение, и она поймала себя на большом желании послать этого дядьку куда подальше.
Еле сдерживаясь, чтоб не нахамить, Тася неопределенно махнула рукой и отвернулась к окну. Стюардесса попросила пристегнуть ремни. Тася уже давно была пристегнута, а вот сосед ее закопошился в поисках этого самого ремня. Это тоже вызвало дополнительное раздражение. Наконец он пристегнулся, придвинулся к ней и сказал:
— Доброе утро!
— И вам доброе утро, — предельно вежливо ответила Тася, максимально отодвигаясь к окну.
Стюардесса предложила выпить шампанского. Тася отказалась.
— А зря! — сказал сосед. — С утра выпил — весь день свободен.
Он с удовольствием залпом выпил бокал шампанского и попросил у стюардессы еще.
— Не берет меня эта газировка, — пояснил он Тасе. — Особенно после полнолуния.
При слове «полнолуние» Тася встрепенулась и решила все-таки рассмотреть собеседника. Мужик как мужик. Сарделька в дорогом костюме. Галстук набок, морда круглая, добродушная, лысина на всю голову. Лет на двадцать Таси постарше, никак не меньше. Короче, ничего особенного, обычный