Библиотека

Китайский жадеит стр. 30

Размер шрифта
-
+
Тема

кем-то о чем-то договаривался, то только она сама. Она говорила мне, что заподозрила Пола в нечистой игре довольно давно. Но ей было наплевать, пока он ее не трогал.

– Этот Прендергаст небось порядочный скряга, а? По-моему, он не может не быть скрягой.

– Высокий, тощий, желтый. Вид у него такой, словно первый же глоток материнского молока на всю жизнь испортил ему желудок, и его до сих пор мучает отрыжка.

– Пол не крал ее ожерелья.

– Нет?

– Нет. И у нее не было никакого дубликата.

Глаза ее стали уже и темнее.

– Видимо, вы узнали все это от экстрасенса Сукесяна.

– А кто это такой?

Она на секунду наклонилась вперед, потом опять откинулась на спинку стула, взяла свою сумочку и прижала ее к боку.

– Ясно, – медленно произнесла она. – Вам не нравится моя работа. Извините за навязчивость. Я думала, что смогу вам немного помочь.

– Я сказал уже, что это не мое дело. Ступайте домой и пишите ваш очерк. Мне не нужно помощников.

– Я думала, мы друзья, – сказала она. – Я думала, я вам нравлюсь. – С минуту она смотрела на меня печальными, усталыми глазами.

– Мне надо зарабатывать себе на жизнь. Если я буду лезть в дела полицейского управления, я не заработаю ничего, кроме шишек.

Она встала и еще какое-то

время молча глядела на меня. Потом повернулась и вышла. Я еще слышал ее шаги по мозаичному полу коридора. А потом еще десять или пятнадцать минут не шевелясь просидел в своем кресле, придумывая объяснения тому странному факту, что Сукесян не убил меня. Но все мои объяснения выходили одно неубедительнее другого. Потом я спустился на стоянку и сел в свою машину.

7

В баре

Гостиница «Тремейн» оказалась далеко за бульваром Санта-Моника, возле городских свалок. Междугородняя железнодорожная ветка делила улицу пополам, и как раз когда я дошел до дома, на котором должен был быть нужный мне номер, меня нагнал паровоз с двумя вагонами, мчавшийся со скоростью сорока пяти миль в час и грохотавший не меньше, чем грузовой самолет при взлете. Я прибавил скорости и проехал мимо дома рядом с поездом, а потом свернул на мощеную площадку, на которой раньше, должно быть, был рынок. Там я вылез из машины и из-за угла посмотрел назад.

Оттуда мне была видна вывеска «Отель Тремейн» над узкой дверью старого, сжатого с обеих сторон двумя магазинами с пустыми витринами, двухэтажного здания. Это была одна из тех гостиниц, где деревянные панели и балки воняют керосином, сломанные жалюзи болтаются на одном крюке, в мятых занавесках больше дыр, чем линялого ситца, а пружины кровати всю ночь впиваются в ваше тело. Я наизусть знал все про такие места, как гостиница «Тремейн»: в них я спал, в них я отсиживался неделями, в них я ругался с тощими, злыми хозяйками, в них в меня стреляли, и может быть, из одного из таких мест меня когда-нибудь вынесут ногами вперед. Тут вы приходите в отчаяние, не успев обрадоваться, что вам надо так мало платить, тут за вами подсматривают в замочную скважину, тут вас ежеминутно норовят уколоть в самое больное место, тут вас встречают незнакомые оборванцы, которые спускают курок прежде, чем вы успеете поздороваться.

Пивная была на моей

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.