Клетка Удава стр. 2
как ты! Для врагов «Монолита» и прочих ублюдков! Ты испортил Брелок! Задурил ей голову! Теперь бедняжке придётся долго восстанавливаться! А ты будешь торчать здесь, пока не сдохнешь!
— Вот как… — я позволил себе слабо усмехнуться в усы, — но если я по твоему мнению такая мразь, то почему тот же Кишмиш не сидит рядом со мной? С ним-то ты сотрудничал!
— Временно! Когда этот маньяк сыграл бы свою роль, то пополнил бы ряды заключённых в моей «Клетке». Ну да ладно, мне пора идти. Осматривай станцию, крольчонок! Найдёшь много чего интересного!
Нет, Азраил слукавил. Припасов на «Янове» было катастрофически мало. Две распотрошённые аптечки, половинка булки, одна банка свиной тушенки, два протеиновых батончика. Бензина в канистре для генератора оставалось навскидку на пару часов. Воды только литр в пластиковом баллоне. Ни тебе нормально помыться, ни еду приготовить. С боеприпасами и того хуже. Один старенький «Калаш» и три магазина к нему. На замену утерянному «Абакану». Ногу я перевязал найденными в подвале бинтами, что почему-то находился в другом крыле станции, не как на оригинальном «Янове». Еле стянул переломанные пальцы, зафиксировал их просто карандашами. Правда, мизинец пришлось ампутировать ножом, вместе с двумя фалангами безымянного пальца. Там была просто каша. Надеюсь, хоть остальные срастутся. Как дальше жить, что делать, не было ни малейшей мысли. Зато в подвале нашелся целый ящик водки! Чтоб заглушить физическую и внутреннюю боль. Азраил то ли насмехался надо мной, то ли решил, что спиртное мне сейчас важнее. И я запил как проклятый. Время для меня потерялось…
Немного придя в себя, заметил, как в ночлежке «Янова» стало светлее. Значит утро или уже день. Хрен поймешь, сколько времени в этой клетке без часов. Азраил бухтел где-то над правым ухом, слабо шипя помехами. Я равнодушно повел головой на голос. На тумбочке, рядом с моей примятой одеждой и коммуникатором, лежало яркое оранжевое радио. Даже с клипсой сзади для пояса. Не припомню я его.
— Доброе утро, Игорюня! — пропел тошнотворно масленым голосом фанатик. Хотел было перевернуться на правый бок, но при неловком дёрганье руку будто обожгло. Казалось, пульсирует жаром и лоб. Воздух на «Янове» был какой-то спёртый. На обычный бодун это совсем не похоже. Чёрт, лишь бы гангрена не пошла.
— Хватит бухать, крольчонок! У меня для тебя хорошие новости!
Я скептически скривился. «Хорошие новости» от такой дряни точно ничего благоприятного не несут.
— Я решил сделать тебе первый подарочек! Спрятал его тут, недалеко! Знаешь же, где у долговцев… а нет, у свободовцев! Ну, где у них был склад? Так вот, там я для тебя спрятал целую канистру бензина! И еще кое-что вкусненькое…
Гадко захихикав, радио резко оборвало трансляцию. Я был рад с одной стороны тишине, но с другой тут же приходит осознание, что ты на станции совершенно один. И накатывает страшная тяжесть на грудь. Сейчас бы потрепать чёрную мягкую шерсть Саяна, или взять за руку свою монолитовку… Водку я, кажется, всю выпил. Теперь придётся терпеть муки в одиночестве, скрипя зубами. Главное — оставить один патрон в «Калаше». На самый крайний случай.
Чёрт знает, сколько я пролежал в кровати без движений, глядя перед собой на полку