Клинки максаров стр. 163
земля в нескольких десятках метров от них вдруг разверзлась, выворачиваемая наружу какой-то непонятной силой.
Из провала взметнулась вверх кошмарная морда, казалось, вся целиком состоящая из бездонной черной пасти. Даже мрызл по сравнению с этим созданием выглядел как домашний котенок.
— Человек, служивший Ирдане, дочери Стардаха, ты здесь? — выплевывая комья земли, взвыло чудовище.
Этот замогильный голос, конечно же, был памятен Артему. Так мог вещать только брат Калеки — Иллаваст Десница, или кто-нибудь из его соплеменников. До сих пор Артему не приходилось встречаться с рудокопами при свете, чем и объяснялся его испуг.
— Да, я здесь, — ответил он, справившись с потрясением.
— С тобой ли ребенок Ирданы, обещанный жестянщикам?
— Со мной, — нехотя признался Артем.
— Мы посланы за ним вождями жестянщиков. Все проходы в пограничной стене перекрыты. Там тебя ожидает Карглак и десятки других максаров. Единственный еще свободный путь — под землей.
— Почему я должен тебе верить? Где сами жестянщики? — Артему очень не хотелось отдавать ребенка этому человекообразному червю.
— Ни один жестянщик не сможет сейчас пересечь границу, даже под землей. Это немедленно станет известно максарам. Мы переправим сына Ирданы в такие края, где до него не дотянутся руки врагов. В Страну Первозданных он попадет только
после того, как минует опасность.
— Я не боюсь максаров и сумею проложить себе путь через их войско.
— Это станет началом большой войны, в которой могут погибнуть все жестянщики. Ребенок должен исчезнуть. Пусть все думают, что он погиб. Когда его время наступит, он сам заявит о себе.
— Дай подумать. — Только сейчас Артем ощутил, как бесконечно дорого ему это крошечное существо.
— Торопись, человек. — Голова рудокопа стала медленно втягиваться в нору. — Я не могу долго дышать этим воздухом и терпеть яркий свет.
— Как ты узнал, что мы находимся именно здесь? — Артему хотелось хоть ненадолго отсрочить неминуемую разлуку.
— Мы слепы, но ничего из происходящего на поверхности не может ускользнуть от нашего слуха.
— Значит, тебе известна и судьба Иллабрана Верзилы?
— Да. Своей смертью он снял с себя грех братоубийства.
— Как ты возьмешь ребенка? У тебя же нет рук.
— Клади его прямо мне в пасть. Не беспокойся, там ему будет удобней, чем в самой роскошной колыбели. Не забудь и о клинке его прадеда Адракса.
— Хорошо. — Артем взял спящего ребенка на руки и сделал первый шаг по направлению к рудокопу.
— А там ты последуешь за нами?
— Нет. Мой путь лежит совсем в другую сторону.
— Так мы и думали. Пусть на этом пути тебе не будет преград.
Толстые мягкие губы осторожно приняли ребенка и его родовое оружие, длиной почти в два раза превосходящее владельца. А затем рудокоп сразу исчез, словно в пропасть рухнул. И только тогда Артем вспомнил, что забыл на прощание поцеловать сына.
Теперь спешить было некуда.
Путь, ожидавший его, — через три мира, мимо цитаделей Генобры, Карглака и Варгала, сквозь пограничную стену и сторожевой лес, по горам и заснеженным равнинам Страны Черепах, навстречу Лету, возможно, все еще буйствующему в Стране Забвения — был так долог, что не