Библиотека

Ключ из жёлтого металла стр. 213

Размер шрифта
-
+
Тема

ничего более конкретного я сказать не могу, потому что просто не знаю. Хотя посвятил этому вопросу почти всю свою жизнь. И мои учителя знали не больше. Зато я совершенно точно знаю, почему это так. В смысле, почему никто ничего не знает.

— Потому что дао, выраженное словами, плохо себя ведет? — усмехнулся я.

— Дело не только в словах, Филипп Карлович. Когда отворяются Врата Гекаты, мир меняется. Я отнюдь не восторженный сторонник грубой классификации вещей и событий как «хороших» и «плохих», однако в данном случае вполне можно пойти против собственных правил и сказать: мир меняется к лучшему. При этом, когда дело сделано, всем кажется, будто так было всегда. Даже тем, чьими совместными усилиями отворились Врата Гекаты. Понимаете?

— Это как во сне, когда, казалось бы, остаешься самим собой, но при этом знаешь, что родился в Южной Африке, в семье охотника на бегемотов? А потом просыпаешься — вроде бы все тот же человек, но с другими воспоминаниями, вернее, с другим знанием о себе?

— Да, очень похоже.

Я невольно содрогнулся.

— Боюсь, вы пропустили мимо ушей самое главное, — сочувственно улыбнулся Лев. — Это действительно очень хорошее событие. Считайте, что все это время вам снился кошмар, хуже, чем в краковском поезде. До сих пор, собственно, снится. Но скоро вы проснетесь у себя дома.

— «У себя дома», — вслух повторил я, пробуя на вкус это словосочетание.

В тот же миг наши бортовые небеса разверзлись, и с них раздался усиленный динамиками глас, сулящий дамам и господам скорую посадку в городе Вильнюсе и приятную температуру ночного воздуха — целых четырнадцать градусов выше нуля. Судя по всему, нетерпеливый мир уже начал меняться к лучшему, не дожидаясь, пока я доберусь до подвала и затею там возню с древним дверным замком.

— Слушайте, а кто был этот Макс? — спросил я, пока самолет неспешно, по мере сил щадя наши уши и головы, шел на снижение. — Небось какой-нибудь ваш великий магистр?

Лев нахмурился.

— Господь с вами, Филипп Карлович, в Братстве Гекаты нет никаких «великих магистров». А о ком вы сейчас говорите?

— Ну как. Человек в жокейской кепке, который сидел в кафе у пани Гражины, а потом вдруг объявился в Карродунуме.

— Где? Что такое Карродунум?

— Ну как же. Древний Краков, вернее, поселение, которое было на том месте задолго до… Погодите. Вы хотите сказать, что это — не часть вашего хитроумного плана? А Макс не ваш… коллега?

Лев помотал головой.

— Мне самому теперь ужасно интересно. Что за Макс? И как вы оказались в этом кара… карро… поселении?

— В Карродунуме? Проще простого.

Вышел вечером из гостиницы, собирался погулять по городу, но вместо этого очутился в сумрачном лесу. А в сумрачных лесах, как известно, водится хищный зверь Вергилий. И мне был явлен отборный экземпляр, в кепке с таким длинным козырьком, что лица я толком не разглядел, поэтому до сих пор не знаю, были у него окровавленные клыки или обошлось. Вел он себя вполне традиционно: вышел из-за ближайшей елки и любезно вызвался быть моим проводником. Однако в ад мы не пошли, ограничились прогулкой к реке Висле. Там властелин кепки рассказал мне нечто настолько мудрое, что у меня в голове оно не задержалось. А заодно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.