Библиотека

Клуб мертвяков стр. 131

Размер шрифта
-
+
Тема

неприятности, но она никогда никого не убила. Для этого в ней нет твердости характера. Воли к убийству. Железного стержня.

Вот как. Тогда называйте меня Железной Леди.

Олси, видимо, прочел на моем лице испуг. Он пожал плечами:

— Брось, я ведь вервольф. Я бы сделал это, если бы пришлось. Особенно в определенную фазу луны.

— Может, с ним разобрался товарищ по стае, по своим причинам, и решил свалить вину на тебя? — Вполне возможный сценарий.

— Это как раз сомнительно. Другой вервольф бы… ну, тело выглядело бы не так. — Олси щадил мои чувства. Он хотел сказать, что от тела остались бы одни клочки. — И потом,

я носом бы учуял другого вервольфа. Правда, я особо не принюхивался.

Фантазия наша исчерпалась. Хотя если бы я записала наш разговор на магнитофон и прослушала запись, я бы запросто вычислила другого возможного преступника.

Олси сказал, что ему надо возвращаться в Шривпорт, и я приподняла ноги, давая ему возможность подняться. Он встал, но тут же опустился на одно колено у изголовья кушетки, чтобы попрощаться со мной. Я сказала положенные вежливости: как мило с его стороны было предоставить мне убежище в своем доме, как мне понравилась его сестра, как забавно было вместе с ним прятать труп. Впрочем, последнюю фразу я не озвучила, она только мелькнула у меня в голове — все же в смысле вежливости я была продуктом бабушкиного воспитания.

Я очень рад, что познакомился с тобой, — он оказался ближе ко мне, чем я думала, и на прощанье клюнул меня в губы. Клюнуть — неплохо, но он вернулся для более долгого прощания. Его губы оказались такими теплыми; а через секунду я обнаружила, что язык у него еще теплее. Он немного повернул голову в сторону, под более удобным углом, и продолжил прерванный процесс. Правая его рука парила надо мной, искала место, куда бы приземлиться так, чтобы не сделать мне больно. Наконец, расположилась на моей руке. Ой-ой-ой, как было хорошо. Но хорошо было только моему рту и нижней части таза, все остальное у меня болело. Его рука нерешительно поползла к моей груди, и я резко втянула воздух.

— Прости, ради Бога, я сделал тебе больно! — после долгого поцелуя губы у него были пухлые и красные, а глаза сияли.

Я подумала, что надо извиниться.

— Просто у меня все болит.

— Так что же они с тобой делали? Нельзя сказать, что ты отделалась несколькими дружескими шлепками.

Ему казалось, что распухшее лицо — моя самая серьезная проблема.

— Если бы, — попыталась я улыбнуться.

Он был искренне потрясен:

— А я тут явился со своими приставаниями.

— Ну, я ведь тебя не отталкивала, — мягко произнесла я. (Чтобы оттолкнуть, надо было напрячься, а где взять силы?). — И я ведь не говорила: «Что вы, сэр, как вы осмелились навязывать мне свое внимание!»

Олси немного удивился.

— Скоро вернусь, — пообещал он. — Если тебе что понадобится, звони. — Выудил из кармана визитную карточку и положил на столик у кушетки. — Тут мой служебный телефон, а на обороте пишу номер трубки и домашний. Дай мне свои телефоны. — Я послушно произнесла номера, он записал, я не шучу, — в маленькую черную книжечку. У меня не хватило сил пошутить.

После его ухода дом показался

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.