Библиотека

Князь Воротынский стр. 17

Размер шрифта
-
+
Тема

он же, хан, как был почитаем народом, так и остался почитаем. Речи советников и мурз звучали убедительно, они успокаивали, тем не менее он повелел:

– Готовьте гонца к царю Василию. Сегодня же. Письмо ему я вручу сам.

Шаху-Али уже передали подготовленное сеидом послание несколько часов назад, но до печального известия хан колебался, отправлять ли с этим посланием гонца или не следует этого делать. «Смеяться станет царь Василий. Трусом назовет, если сеид преувеличивает. Лучше, видимо, подождать немного, выяснить мнение советников. Исподволь выяснить, не раскрывая главного, сказанного сеидом. А сеид тоже хорош! Достойного хана вместо меня просит у царя Василия. Присмотреться к нему нужно внимательно!»

Молод да зелен еще. К тому же доверчивый. Это советники знали больше своего хана. Это их усилиями стал он доверчивым и спокойным, не видящим угрозы. Их усилиями направлялся взор его в сторону сеида, верного и честного первосвященника, истинно заботившегося о пастве и о ханстве в целом.

Впрочем, решимость его отправить теперь же гонца ничего не меняла. Гонец его не доберется даже до правого берега. Так предопределил Аллах устами ципцана Мухаммед-Гирея.

Трагическая смерть сеида спешно свела воеводу московского Федора Карпова и посла великокняжеского Василия Юрьева. Пригорюнились они.

– Скорей прав сам Шигалей, предупреждавший нас, нежели его первый советник. Сдается, пахнет более кознями Гирей-хана, чем Литвой, – высказался Юрьев. – Благодушествуем мы здесь, а за нашими спинами паутины плетутся. Уведомить следует царя нашего, Василия Ивановича.

– А я более склонен к словам ширни. Козни строят литвины и ляхи. Мастера они в этом деле. И сеида зарезали, чтоб на одну мельницу воду направить: сполчит государь рать свою на Оке, да во Владимир с Нижним нарядит полки, а они Смоленск враз обсадят. Так что уведомить – не обузно, но как бы не навредить.

– И все же, мыслю, пошлем отписку. Уведомим, что первосвященник, верный нашей дружбе, порешен. Но главнее того на сей день – за подмогой слать гонца есть нужда.

– Об этом я уже подумал, – согласился воевода. – Готовится казак на Суру, чтоб стрельцы с детьми боярскими поспешили бы в Казань. А здесь, чтобы не растопыривать пальцы, ко мне переезжай. У меня ладней обороняться на случай беды. Всех казаков и стрельцов сюда соберем.

– Дело предлагаешь. За помощью сегодня же шли. На том берегу наши рыбаки. Помогут, если что.

– Я так и мыслил.

– А мне гонца готовь на завтра. Пораньше. С зорькой поскачет.

– Проводить бы?

– Не следует. Сразу заметят. А когда один – лучше. Незаметно покинет город. Тайно.

Случилось однако же так, что и первого, и второго гонцов заарканили

воины ципцана. На лесной дороге, совсем недалеко от города. А чтоб никаких следов не осталось – лошадей и тех разметали волкам на корм, а седла, уздечки и недоуздки зарыли в глубоком овраге. Оттого и остался в неведении царь Василий Иванович о готовящемся мятеже в Казани, не предвидел обиды от вассальных казанцев, а более тревожился, как бы Литва с Польшей не устремились отбивать взятые у них ратной силой земли отчие Рюриковичей.

К тому же государь взопрел в саженной шубе, как и его верные думные бояре. Пора было оканчивать сидение в Золотой палате. И все же Василий Иванович считал, что старания князя

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.