Книга о языке стр. 22
сейчас, а кроме того, им известно еще несколько сотен языков, уже умерших. За всем этим гигантским развитием стоит одна простая мысль: звуками можно обозначать предметы, чувства, действия. Набор звуков может служить символом чего-нибудь совершенно беззвучного — например, запаха, цвета, движения или понятия.
Из звуков рождается смыслСимволами мы пользуемся постоянно. Они окружают нас повсюду. Когда будешь в следующий раз в универмаге, хорошенько рассмотри коробки на полках. Почти на каждой есть символ, чтобы можно было сразу понять, что в какой коробке.
Ниже вы видите символы несколько другого рода. И конечно, буквы и слова, что напечатаны в этой книге, тоже символы. Они обозначают звуки, а звуки в свою очередь обозначают понятия.
Пока люди не научились использовать для речи звуки-символы, они были только наполовину людьми. Они не могли говорить. Не могли обмениваться мыслями. Не могли спорить. Не могли услышать что-то новое. Очень редко людям приходили в голову новые мысли, ведь неоткуда было взяться мыслям, которые побуждали бы их думать. А если у кого-нибудь и появлялась новая мысль, она обычно у него одного и оставалась. Не было подходящего способа передать ее другим.
Сотни тысяч лет люди жили скудной, голодной жизнью. Сыновья и дочери делали все в точности так же, как их отцы и матери. Новое поколение очень редко додумывалось до каких-нибудь усовершенствований. Жить было трудно, и мало кому удавалось прожить долго. Когда появилась речь, в целом свете, вероятно, не было и миллиона человек.
С той поры язык и орудия все круто изменили. Язык заодно с наукой — а никакая наука без языка невозможна — помогли приспособить нашу планету для житья. Теперь на ней обитает более трех миллиардов людей, и с каждым годом прибавляется еще несколько миллионов.
Но не это главное. Главное, что раньше человек полностью зависел от природы, а теперь научился подчинять ее себе. Человек изменяет облик Земли и даже выходит за ее пределы. Этот гигантский скачок стал возможным оттого, что когда-то кто-то из доисторических мужчин и женщин — или, может быть, мальчиков и девочек — додумался до такой хитрой штуки: обозначать мысли звуками.
УХ! ОГО! УФ! АЙ!
* * *Вряд ли представление о том, что звук может обозначать предмет или понятие, появилось у людей внезапно. Скорее, оно складывалось у них в головах постепенно, со временем укоренялось, и наконец, точно прорвав плотину, хлынула речь. Возможно, что самыми первыми были звуки, выражающие ощущения.
«Yx!» — может быть, так воскликнул однажды доисторический охотник, швырнув наземь оленя, которого он притащил в стойбище. А члены его семьи, может быть, стали повторять этот звук каждый раз после тяжелой работы.
«Ого!» — так, может быть, сказала дочь охотника, увидев, какого большого оленя принес отец.
«Уф!» — может, этот звук выдохнула жена охотника, разделывая оленя не слишком острым камнем, за неимением ножа. «Ай!» — могло вырваться у ее маленького сына, когда он выхватил кусок горячего мяса прямо из огня и обжегся.
Слова, которые рождались прямо из ощущений — вроде