Кносское проклятие стр. 15
нож к горлу Димиса и заставил того открыть дверь квартиры. Они вошли внутрь, после чего сразу же был нанесен удар — тот самый единственный, смертельный.
Тело Димиса Лигуриса обнаружено лежащим прямо в прихожей, на спине.
Когда обнаружено? Двадцать шестого августа в двадцать часов пятьдесят минут. Хорошо…
Кстати, а кто обнаружил тело? С чего, собственно, начался сыр-бор? Уголовная практика показывает, что зачастую первым тревогу поднимает сам преступник или его сообщник. Чего-то испугавшись или чтобы отвести от себя подозрения. Поэтому в милиции всегда принято особенно внимательно присматриваться к тому, кто первый обнаружил тело.
И кто же это в данном случае?
А, вот все и разъяснилось. Тело обнаружила и вызвала милицию гражданка Некрасова Зоя Юрьевна, тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения, проживающая по адресу…
Стоп! У нее что, имелся ключ от квартиры? Или дверь была открыта? И зачем она в двадцать часов пятьдесят минут явилась в квартиру Димиса Лигуриса? Надо бы познакомиться с Зоей Юрьевной восьмидесятого года рождения.
Впрочем, пойдем дальше и остановимся на моменте убийства.
Судя по всему, дальше в квартиру убийца вообще не пошел. Его не интересовало имущество, ценности и даже деньги жертвы.
А почему? Он спешил? Боялся чего-то?
Отнюдь — потому что, совершив убийство, преступник никуда не убежал, а сделал нечто весьма странное. Он разорвал на убитом рубашку и, обнажив грудь, вырезал прямо на груди посередине некий знак, по виду напоминающий бабочку.
В протоколе, а затем в данных о результатах экспертизы так и было написано: «Знак, напоминающий бабочку».
Дойдя до этого места, я раздраженно крякнул. Знак. Бабочка. Энтомологи, блин!
Конечно, зря я рассердился на бывших коллег. А что они должны были написать? Я и сам был бы в затруднении…
На все про все у убийцы ушло пять минут: бабушки у подъезда назвали примерно такое время. Через пять минут незнакомец спокойно вышел из дома и, помахивая портфелем, удалился.
Все говорило о том, что преступление заранее спланировано и осуществлено после тщательной подготовки. Такие простые и аккуратные убийства всегда требуют серьезного подхода.
Все произошло в середине дня, между пятнадцатью и шестнадцатью часами. В это время Димис обычно и возвращался домой. Кстати, самое «мертвое» время в жилых домах: почти гарантия, что на лестничной площадке не встретятся посторонние. Школьники уже вернулись из школы, а взрослые еще на работе.
— Ну что, управился? — Вернувшийся Сергей встал перед столом, как обычно, потирая руки. — Все понятно?
— А вам тут все понятно? — ответил я вопросом на вопрос.
— Да-а уж, — выпятил нижнюю губу Корзунов и значительно покачал головой. — И не говори. Работал профессионал.
Вот отчасти из-за таких рассуждений я в свое время и ушел из милиции. Скучно стало. Чуть посложнее дело, и все — чины делают важные лица и изрекают: найти трудно, работал профессионал.
Блин! А вы что, любители, что ли?
Конечно, профессионал. Преступность вообще давно уже носит профессиональный характер. Если речь идет не о квартирной драке и не об убийстве из ревности, то почти все остальное совершают профессионалы. Время дилетантов прошло.
Но Сергею Петровичу я ничего этого говорить не стал — обидится. А частный детектив не должен обижать милицию.
— Профессионал, — кивнул я. — Одни приметы чего стоят. Темный шатен, с бородой и