Кносское проклятие стр. 335
досадой воскликнула девушка, покачав головой. — Ну да, точно, как я забыла: Петербург — это город в России. Я знала, просто растерялась. А за что его убили?
Мы одни сидели в ресторане до часу ночи. За первой бутылкой вина последовала вторая: оказалось, что греческие девушки не прочь выпить. Потом я заказал кофе с душистым коньяком «Метакса», настоянным на местных травах, и жизнь постепенно повернулась ко мне своей приятной стороной.
Официант в очередной раз бросил на нас умоляющий взгляд, и мы наконец встали и пошли. Идти на сломанном каблуке Агафье было трудно, и мне пришлось крепко держать ее под руку.
Оглушительно трещали ночные цикады. Огромное звездное небо с мириадами звезд висело над нами. Из порта по-прежнему слышались свистки и шум грузовых машин.
— Нам совсем недалеко, — бормотала Агафья, опираясь на мою руку, — тут близко…
От нее пахло духами — сложным ароматом с оттенком миндаля, который смешался с особенно сильным по ночам запахом цветов.
В какое-то мгновение меня пронзила мысль, что я поступаю неправильно. Совсем неправильно. Я прилетел по важному делу, причем прилетел только сегодня. Мне не следует сейчас никуда ходить. Правильнее вернуться в отель и, предварительно заперев дверь как следует, лечь спать.
В любое другое время и в любом другом случае я твердо сказал бы, что человек в моем положении совершает ошибку, когда среди ночи тащится по незнакомому городу с незнакомой молодой женщиной.
Но близость девушки, ее запах, ее горячее тело околдовывали меня.
— Здесь, — сказала Агафья, остановившись перед небольшим двухэтажным домом на тихой улочке. — Мы пришли.
Я оглянулся — вокруг никого не было. Свет в окнах соседних домов был погашен, и вдоль тротуаров с обеих сторон тянулись ряды припаркованных на ночь машин.
Агафья чуть наклонилась ко мне, и ее лицо оказалось совсем рядом с моим подбородком. Она взглянула снизу вверх, и мои глаза встретились с ее — бездонными и глубокими, как черная ночь…
— Я могу пригласить моего спасителя зайти в дом? — раздался мелодичный голос, прозвучавший для меня звоном.
Что я мог ответить? Что сказать?
После двух лет полного одиночества, терзаний и неуверенности в себе нужно было прилететь на Крит, чтобы встретить поистине неотразимую женщину.
Она взяла меня за руки, и мы слились в одно целое, исполненное невыразимой нежности. Меня как будто ударило током, а затем страсть затрясла меня, захлестнула…
Ночью я проснулся совершенно внезапно. Будто в голове что-то сверкнуло — и я открыл глаза.
В комнате было темно. Скосив глаза, я увидел спавшую рядом Агафью. Ее маленькое смуглое тело на сбившейся белой шелковой простыне. Услышал тихое ровное дыхание.
Я взглянул на часы — без четверти четыре. Еще два часа назад эта спальня на втором этаже наполнялась нашими блаженными стонами и звуками страсти. Час назад мы заснули.
Такого упоительного восторга я не испытывал никогда в жизни. Эта изящная молодая женщина с очаровательными манерами и кукольным гибким телом в постели оказалась настоящей тигрицей.
Стоило нам подняться в спальню, как она без всяких предисловий набросилась на меня.
В объятиях Агафьи я забыл о собственной заторможенности последних двух лет, о сложных отношениях с женщинами. Нет, рядом с ней я вновь стал прежним, в меня вселились былые чувства,