Кносское проклятие стр. 451
заслуга?
В устремленном на меня взгляде, поднялась новая волна изумления.
— Как вы сказали? — оторопело переспросил Лигурис. — Набожным? Я правильно расслышал?
— А чему вы удивляетесь? — спокойно парировал я. — В Петербурге ваш сын почти каждый день молился в церкви. И подолгу молился.
Так я и предполагал: Константинос был поражен моими словами.
После некоторой паузы он с большим недоумением заметил:
— Знаете, я сам атеист… С Анастасией мы не обсуждали такие вещи, но, насколько я понимаю, она также всегда была равнодушна к религии… А насчет Димиса мне даже трудно сказать. Как сейчас стало ясно, я многого не знал о сыне, о его жизни, однако то, что вы говорите о его набожности, мне странно слышать.
Лицо Лигуриса приняло суровое выражение. На него легла тень, и я догадался, о чем пойдет разговор.
— Олег, — сказал он деловито, кладя свою руку на рукав моего пальто. — По-моему, вы на ложном пути. Ваши слова и ваши вопросы ко мне свидетельствуют о том, что вы много фантазируете и мало занимаетесь реальными вещами. Подождите меня минутку, и я сделаю вам предложение.
Он задвигался в своем кресле и с недовольным видом встал. Пошарив глазами, Константинос нашел дверь в туалет и направился туда, с трудом пробираясь между галдевшими студентами.
Я закурил и в ожидании собеседника принялся обдумывать, как строить беседу дальше. Она не обещала быть легкой. Ясно, что господин Лигурис мной крайне недоволен: ему нужно реальное имя заказчика преступления, чтобы можно было сообщить его полиции и совершить возмездие. А что Константинос получил от меня вместо этого? Идиотскую историю о каких-то древних минойцах. Если встать на его точку зрения, то гнев можно было разделить. Деньги пропали впустую…
Что он скажет, вернувшись из туалета, было понятно. Сейчас я получу полную отставку — вот что означают последние слова о предложении. Это просто вежливая форма разрыва контракта. Знаем мы такие предложения!
«Ты, козел, немедленно убираешься вон, а за это я не стану жаловаться и портить тебе жизнь! Чтоб духу твоего рядом со мной больше не было, урод поганый!» Примерно так выглядят подобные предложения от клиентов, если перевести их на нормальный деловой язык.
Внезапно надо мной нависла чья-то тень. Подумав, что это вернулся Константинос, я машинально поднял голову и увидел склонившуюся ко мне девушку. До этого она сидела с парнем за столиком возле окна, и я обратил на эту парочку внимание, потому что девица была толстая и вся в вязаной одежде — от шапочки до длинных шерстяных гольфов, а ее прыщавый парень был обезображен пирсингом — металлические колечки торчали
у него во всех частях лица.
— Ваш друг, — сказала белобрысая толстуха, ткнув пальцем в сторону туалета, куда тремя минутами раньше величественно удалился Константинос. — Он просит вас зайти и помочь ему. Ему стало плохо.
Я вскочил с кресла, едва не уронив его на сидящих сзади студентов, и метнулся к туалету. Что могло стрястись с Лигурисом? Только что мы с ним болтали и он выглядел вполне здоровым…
И он еще не старый человек! Может, разволновался? Нужен валидол, а где его взять?
Еще хорошо, что он успел позвать меня. Бывает же…
Стоп! В шаге от двери я резко остановился, будто споткнувшись. Стоп!
Резко