Код Изгнания стр. 73
выжившим сдаться.
Именно этого сценария нам нужно избежать. Как только имперские корабли выйдут на ближнюю орбиту, я разыграю карту с принцессой. Тогда им придётся перейти к щадящему варианту — высадить десант и брать населённые пункты во время наземной операции. Так мы выиграем достаточно времени до прибытия наёмных синдикатов.
— Милорд, темпоральная капсула почти вышла из стазиса, — раздался за спиной голос Рена.
Я повернул голову и кивнул. Показывать имперцам заложницу в анабиозе рискованно — не поверят. А вот когда они увидят её живой, игра пойдёт по моим правилам.
— Хорошо, пошли, — я развернулся и направился к лифту.
Вскоре мы действительно оказались в помещении на самом нижнем уровне подземного комплекса. Административное здание было не только самым высоким в городе, но и самым глубоким — его нижние ярусы уходили под грунт планеты на добрые сотни метров. Именно там, на глубине, и располагался бункер для защиты от орбитальных ударов. Для чего Империя строила подобные объекты, оставалось лишь догадываться, но я был уверен, что в других куполах Раграса есть нечто подобное. Скорее всего, Трон опасался вторжения ксеносов из Союза или прихода Пожирателей.
Двери лифта открылись, выпустив нас с Реном и Марсом в широкий коридор. Здесь чувствовался былой имперский лоск: стены были обиты материалом, напоминающим бархат, а у самого потолка тянулись золотые узоры, маскирующие стыковочные швы.
Коридор вывел нас к массивной гермодвери, рядом с которой застыли двое ополченцев. Они пытались копировать выправку имперских гвардейцев, но выучки им явно не хватало. Я бы предпочёл поставить сюда парней из абордажной группы Марса — к ним доверия больше. Но этот ресурс был ограничен — все профессионалы сейчас готовили оборонительные рубежи вокруг ключевых городов.
При виде нашей делегации караульные выпрямились. Оба совсем молодые, лет по двадцать, а то и меньше. Один — широкоплечий блондин с руками в мозолях, которые он, по всей видимости, заработал на тяжёлом оборудовании и в дешёвых скафандрах. Второй — брюнет, пониже напарника и не такой массивный, с более интеллигентным лицом.
— Вольно, бойцы, — хмыкнул Рен, а я лишь усмехнулся.
Бывший оперативник коснулся сенсорной панели на стене, и толстая дверь, вздрогнув, поползла в сторону. Мы дождались, пока проём освободится, после чего Рен первым шагнул внутрь. Я на мгновение задержался, бросил короткий взгляд на караул и повернулся к Марсу:
— Останься здесь, присмотри, чтобы всё было спокойно.
— Хорошо, шеф, — ответил абордажник.
Он сделал шаг назад и сурово посмотрел на парней. Те сразу перестали коситься в мою сторону. Я зашёл в бункер, и тяжёлая плита двери за моей спиной двинулась обратно, отсекая звуки внешнего мира.
Помещение не уступало по размерам верхнему этажу, который принадлежал сначала губернатору, потом Рену, а теперь перешёл ко мне. По уровню обустройства это убежище ничуть не проигрывало кабинету наверху. В отличие от строгого коридора, стены здесь были покрыты стеклянными панелями, способными транслировать любое изображение. С потолка, ровно по центру, свисал огромный светильник, созданный в виде старинной люстры из имперских залов. В центре располагался массивный каменный стол, но его сдвинули к стене, а освободившееся место заняла темпоральная капсула. Вокруг неё полукругом стояли невысокие диваны.
Я поморщился. Вычурная роскошь казалась здесь лишней.