Код каббалы стр. 395
Очистить его? Что это значит? — Эшвин отпустил мистера Чизвика, который спокойно поправил на себе пиджак.
— Люди в мантиях, которых вы видели, — это адепты из другой каббалы, — сказал мистер Чизвик. — Их задача — изгнать тень, оставленную Падшим в душе Поррика. Иначе его ждет участь Ричарда.
— Что это должно означать? Говори яснее.
— Проще говоря, они используют соединенную мощь пяти таинств, чтобы выжечь метку Гамалиэля из души Поррика.
— Ты сказал, они «попытаются»? Так пока не ясно, преуспеют они или нет?
— Нет.
— Какие у них шансы? — спросил Эшвин.
— Фактически никаких. Никто до сих пор не пережил ритуала.
Эшвин уставился на пожилого человека, не веря своим ушам. Поррик избрал для себя смертный приговор, и мистер Чизвик отступил и дал ему уйти.
— Но я спас его. Там, в горах. Мы стали друзьями.
— Эшвин, — Эрик положил руку ему на плечо, — Поррик знал, на что шел. Он просил тебя не вмешиваться.
— Что, обязательно погибнуть всем? — Эшвин едва говорил сквозь слезы, от которых перед глазами стояла пелена. — Так все и должно быть?
— Так, верно, и кажется, друг мой, — сказал мистер Чизвик. — Твои слезы делают тебе честь, но ты можешь воздать ему почести лучшим способом. Доведи дело до конца. Пусть его жертва будет не напрасной.
— Вы все на свете используете как инструмент для достижения цели? — Эшвин пытался говорить гневно, но весь гнев превратился в горе. — Даже смерть одного из вас?
Лицо мистера Чизвика ожесточилось.
— Если бы я мог позволить себе роскошь иного выбора, неужели ты думаешь, я бы его не сделал? — Горечь в его голосе была, наверное, самой сильной эмоцией, которую они могли заметить. — Ты потерял человека, которого знал меньше месяца, и друга, с которым был близок три дня, — продолжил мистер Чизвик. — Я потерял товарищей, которые были со мной дольше, чем ты живешь на свете, не говоря уже о сестре, так что не смей говорить мне о том, что я использую горе как инструмент! Я гораздо лучше знаком с его бесконечной болью, чем ты.
И снова Эшвин осознал, что был не прав. Только то, что мистер Чизвик не демонстрировал своих чувств, не означало что он их не испытывал.
— Вы правы, — покаянно сказал Эшвин. — Я был эгоистом, впрочем, как всегда. — Он глянул на дверь, поглотившую Поррика, и попытался говорить ровно. — Чертов ирландец. Никогда
его не любил. — Он утер глаза рукавом.
— Пойдемте, — сказал мистер Чизвик.
Он повел их по дну канала к залу Великой Пентаграммы, не глядя по сторонам. За ним равнодушно следовал Эшвин; его мысли вернулись на гору, где он спас Поррику жизнь. Его усилия не пропали даром. Даже если у Поррика не было шансов пережить ритуал, Эшвин хотя бы дал ему шанс выбрать, как окончить свою жизнь.
Разве можно назначить цену за сохраненное достоинство?
Когда он вынырнул из этих мрачных мыслей, крепость Ипсиссими возвышалась прямо над ними. Канал заканчивался кованой аркой. Очаги и фонари высвечивали длинный туннель, ведущий в самую глубину крепости.