Когда приходит беда стр. 161
права. Но ведь он сам никогда не расспрашивал Хезер о прошлом. Им было прекрасно вместе, и Мика привык к мысли о том, что прошлое не имеет никакого значения. Так что, может быть, он тоже виноват в сложившейся ситуации.
– Мы подробно поговорим обо всем, когда она вернется, – сказал он.
– Я не хочу, чтобы она возвращалась.
– А я очень хочу. Я люблю ее. Все мы делаем ошибки – ты, я, Стар. Если Хезер сделала что-то не так, мы должны ее простить.
У Мисси предательски задрожал подбородок.
– Я ее никогда не прощу.
– Ну тогда ты ее потеряешь. Ты разве этого хочешь? Мисси молчала.
– Мы сейчас будем делать сахар на снегу. Ты не пойдешь? Ее сердитая мордашка немного расслабилась.
– Не знаю, может быть.
– Ну, мне пора, – сказал Мика, протягивая ей руку. Когда Мисси так и осталась
стоять, глядя на него, он убрал руку и сказал:
– Захочешь – приходи.
Мика начал кипятить только что собранный сок, а это требовало предельной сосредоточенности. Он не думал о Хезер. Он не думал о Tea. Он знал, что на улице уже утрамбовывают в пластиковые контейнеры снег. Первая партия сока быстро превратилась в сироп. Доведя сироп до нужной кондиции, Мика разлил его по ведеркам – два для себя и два для Гриффина. Оставив Билли у печи, они вышли на улицу.
Ну и как можно было не порадоваться? Как только они с Гриффином поставили ведерки на землю, их сразу окружили дети, каждый со своим контейнером, забитым снегом. Мика по очереди наливал в них сироп. Как только сироп соприкасался со снегом, он мгновенно застывал, так что его можно было взять руками. Он напоминал жвачку. Раньше такой сахар называли «кленовый воск». Если его есть просто так, безо всего, он был восхитителен на вкус. А с огурчиками и пончиками – вообще объедение!
Когда Стар подошла к нему за своей порцией, он спросил у нее:
– Где твоя сестра?
Она показала пальчиком. Мисси сидела с дочерьми Розы, Эммой и Рут, и выглядела вполне довольной.
Успокоенный, Мика продолжил разливать сироп. Когда дети насытились, настала очередь взрослых. Многие просили добавки, так что ведерки вскоре опустели. Мика уже собирался идти делать новый сироп, как вдруг на дороге показалась полицейская машина.
Поставив ведерки на землю, он стоял и ждал. Смех вокруг стих, все молча наблюдали за приближавшейся машиной.
Он пошел ей навстречу. Машина замедлила ход и едва успела остановиться, как тотчас же раскрылась одна из дверец.
Мика увидел, как Хезер обошла машину, на минуту застыла на месте, а потом бросилась бежать. Ее пальто расстегнулось, волосы развевались. Даже с расстояния он увидел, что она плачет, но ее чудесные глаза светятся радостью. И она приближалась к нему – бежала к нему!
Мика тоже побежал. Наконец она оказалась в его объятиях, сквозь слезы произнося его имя.
– Я люблю тебя, – сказала она, а потом немного отстранилась и нерешительно спросила: – Ты примешь меня? Я так хочу вернуться к тебе, хочу вернуться домой!
Вместо ответа он нежно вытер с ее лица слезы и со всей страстью поцеловал. Потом он крепко прижал ее к себе, приподнял и закружил.
Когда Мика отпустил Хезер на землю, она нежно