Когда рассеется тьма стр. 8
я не смогу сегодня. Извини.
— Почему?
— Нет настроения, — призналась она. — У меня умер близкий человек. Извини.
— Так, наоборот, не нужно в одиночестве сидеть. Или ты не в одиночестве?
— Если ты спрашиваешь, не нашла ли я тебе замену, то нет. Не нашла.
— Мы ссоримся?
— У меня убили близкого человека. Я хочу побыть одна!
— Убили?! — поразился Кирилл. — Ты не сказала, что его убили.
— Я сама это только что узнала. Прости, не могу больше разговаривать. Начальник зовет.
Агата отключилась, положила телефон рядом с клавиатурой, вздохнула и отметила одну странность. Она всегда считала себя правдивым человеком, а Кириллу постоянно врет.
* * *Спешный отъезд не сделал поездку напрасной, Павлу удалось успеть достичь договоренности о совместной работе с немецкими коллегами. В условиях санкций сделать это было непросто, но он справился. В иной ситуации он бы этому порадовался, а сейчас только равнодушно напомнил себе, что с оформлением договоров тянуть нельзя.
Потянулся к телефону, чтобы вызвать Романа, обговорить детали, но набрал другой номер. Повезло, Антонина ответила сразу, а могла быть на лекции.
— Приехал? — устало спросила дядина подруга.
— Приехал. Вчера с ментами разговаривал. Юлий умер от передозировки… — Павел выговорил опостылевшее название препарата. — Слышали про такое лекарство?
— Слышала. — Антонина помолчала. — Но… Юлий его не принимал! Он пару недель назад ходил к кардиологу, я его тогда выспросила, что ему назначили.
— Вот именно, — подтвердил Павел. — Не принимал.
— Паша…
— Убили его, Антонина Александровна. Убили! — Экран компьютера, который он по привычке включил, едва зайдя в кабинет, заснул. Павел подвигал мышку. — Менты сказали, что отраву он принял во второй половине дня накануне. В квартире следов препарата не нашли.
Она молчала.
— Алло! — Павлу показалось, что связь прервалась.
— Я здесь, — глухо откликнулась Антонина и опять замолчала.
Лет пятнадцать назад ему казалось, что дядя готов на Антонине жениться. Тогда Юлий встречался с подругой не реже, чем раз в неделю, а по телефону говорил почти ежедневно.
Павел тогда с дядей уже не жил и против женитьбы не возражал. Даже наоборот, порадовался бы за Юлия. Понимал, что одиночество штука неприятная.
Это когда маленький был, до смерти боялся, что дядя женится.
Тогда у Павла, кроме Юлия, никого не было.
— Мы собирались в выходные с Юлием встретиться, — наконец заговорила Антонина. — Но у меня не получилось, племянница попросила с детьми посидеть. В воскресенье утром я с ним разговаривала. Он сказал, что вечер проведет с дамой. Шутил, как обычно.
— С какой дамой? — насторожился Павел.
— Понятия не имею. Он не сказал, я не спросила. Но не с Агатой, та говорила, что давно Юлия не видела.
Появилась конкретная цель. Надо найти даму.
Это хорошо, что цель появилась. Можно начать что-то предпринимать, а не бездействовать.
— Когда похороны, Паша?
— Не решил еще. Определюсь, позвоню.
Антонина, помолчав, попрощалась.
Павел положил телефон на стол, снова тронул мышь. Встал, подошел к окну. От безоблачного неба стало еще противнее. Он обернулся, заметил собственное отражение в стекле книжного шкафа.
Не мешало бы сбросить килограммов десять-пятнадцать. В отличие от сухощавого дяди Павел постепенно превращался в толстячка.
Впрочем, собственная внешность его беспокоила мало.
Телефон зазвонил, Павел подошел к столу. Номер на экране высветился незнакомый.
— Да, — неохотно ответил он.
— Пашенька! — ласково откликнулся женский голос,