Библиотека

Когда темные боги шутят стр. 58

Размер шрифта
-
+
Тема

еще, но слов я уже не слышал — меня наконец подхватила на руки сомкнувшаяся вокруг Тьма. Однако сегодня ее пальцы впервые не были такими холодными.

* * *

Когда я зашел в кабинет, Йен сидел за столом и что-то сосредоточенно писал. На звук открываемой двери он поднял голову и, потратив какое-то время на изучение моей осунувшейся физиономии, нейтральным тоном заметил:

— Я и не знал, что простые ищейки умеют ходить по Тьме в любом направлении. Мне казалось, им доступен только след, оставшийся от убийцы… я неправ?

С облегчением убедившись, что проклятой метки больше нет… остальных я успел проверить чуть раньше, Йен был на сегодня последним… я прислонился к косяку.

— А может, я — не простая ищейка? И беру тот след, который мне нравится?

— Сомневаюсь, — негромко фыркнул начальник УГС. — Как и в том, что соблаговолишь поделиться со мной тайнами своей профессии.

Я неопределенно пожал плечами, до сих пор ощущая на одном из них небольшой дискомфорт, но Лотий пообещал, что к утру следы с моей кожи исчезнут — Фол почему-то не хотел, чтобы факт посвящения стал кому-то известен. Что да зачем, я не спрашивал: свой единственный вопрос я не собирался тратить так глупо. Спасибо на том, что подлатали и позволили выйти из храма до темноты.

Ничего во мне

с того времени не изменилось. Я не обзавелся рогами, копытами, новым цветом волос или глаз. Ничего странного в себе я тоже не чувствовал. Появившийся на коже рисунок — метка Фола в виде перевернутого острием вниз стилета поначалу жглась, но неприятные ощущения почти прошли. Разве что ноги поднывали да глубоко дышать я еще не мог. Но после того, что было, это нельзя называть существенными проблемами.

— Что со шкатулкой? — поняв, что ответа не дождется, снова спросил Йен. — Ты ее уничтожил?

— Отдал жрецу. А тот — своему богу. После этого она стала неопасной.

— Я бы предпочел, чтобы ты избавился от нее насовсем, — вздохнул Норриди, откладывая перо. — Вот уж не думал, как какая-то деревяшка натворит столько проблем… что в ней хоть было-то?

— Я не заглядывал.

— Неужели даже не спросил? — не поверил Йен.

Я снова пожал плечами, а затем все-таки зашел внутрь и опустился на свободный стул.

— Шкатулку делали на заказ, резьба на ней храмовая — сплошной символизм, предназначенный для защиты смертных от ее содержимого. Работа древняя — этой вещи не менее двух сотен лет — и сделана руками лотэйнийских мастеров. В семье Лори хранилась, видимо, еще с тех времен, когда в Лотэйне правили темные боги, но, к счастью для ее родных, когда-то на верхней крышке была надпись, предостерегающая от излишнего любопытства. Сейчас этой надписи нет — стерлась от времени. Да и храмовая защита изрядно поизносилась, иначе ничего бы этого не произошло — жрецы умеют хранить тайны своих богов. Вот только оказалось, что и у этой защиты имеется срок годности. И он подошел к концу как раз тогда, когда «Путешественница» вздумала выйти в море. Конечно, никто теперь не скажет, сколько времени и почему шкатулка находилась вне храма и как она появилась в доме простого торговца. Скорее всего, не самым честным путем, потому что без веской причины жрецы ее из своих рук никогда бы не выпустили. Она слишком ценна. Впрочем, как и опасна. С помощью

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.