Когда ты вернешься ко мне стр. 145
и нажал кнопку вызов. Холден взял трубку, но ничего не сказал.
– Алло?..
– Да, – отозвался он.
– Послушай… Я не смогу это сделать.
– Это.
– Я про нас. Что бы, черт возьми, между нами ни было.
– С чего вдруг? – поинтересовался Холден. – Что такого экстраординарного произошло за три часа с тех пор, как мы сосались у тебя в коридоре?
– Нет, ничего не случилось, – произнес я, потирая затылок. – Ладно, да. Жизнь случилась. Моя запутанная жизнь. Это несправедливо, что ты должен мириться с моим дерьмом, пока я пытаюсь во всем разобраться. Ты заслуживаешь большего, чем противоречивую задницу, которая то с жаром бросается на тебя, то
окатывает холодом.
– Заткнись.
Я моргнул.
– Что?..
– Я сказал, заткнись, – рявкнул Холден. – Ты беспокоишься о том, чего я заслуживаю? Как будто облажаться тут можешь только ты. У меня проблемы с доверием. Я не могу устанавливать здоровые границы. Я эмоционально закрываюсь, пока люди не становятся мне слишком близки, и саботирую отношения, потому что хочу всегда уходить первым.
– Как… много информации.
– Это мое официальное резюме. Однажды ночью я вломился в кабинет главного врача санатория и прочитал свое досье.
Я невольно фыркнул от смеха. Ох уж этот парень… В тот момент мне стало немного жаль всех, кто не знал Холдена, а я знал и гордился этим. Даже если он собирался меня погубить, черт побери.
Холден почувствовал, что я смягчился, и снова заговорил высокомерным тоном:
– Я пытаюсь до тебя донести, что не против стать твоим маленьким грязным секретом. Подчеркиваю, грязным.
– И ты нормально к этому относишься?
– Избавь меня от своей жалости. Я переживу, если ты не захочешь держаться со мной за ручки в коридоре школы или сделать своей Королевой на выпускном. Мы можем держать все под контролем, назовем это интрижкой.
– Интрижкой.
– Да, ты после школы уедешь играть в футбол, а я запрыгну в самолет и смоюсь отсюда к чертовой матери. Что еще тут может быть?
Правильный ответ: ничего. Между нами ничего не должно быть. Даже этого. Но в голове набатом стучало чувственное воспоминание о горячих губах Холдена, о его теле, прижатом ко мне.
– Друзья с привилегиями, – произнес Холден мне на ухо низким и хриплым голосом. – Тайные друзья с привилегиями. Разве не этого ты хочешь?
Нет. Я хочу тебя. Без остатка.– Ну?
– Скоро буду.
Я подъехал к огромному белому загородному дому и припарковался сбоку. Холден написал мне, чтобы я воспользовался боковым входом, поэтому я толкнул ворота и вошел в безукоризненный задний двор. Трава была подстрижена с военной точностью, бассейн сверкал чистотой, и вокруг него располагались несколько шезлонгов.
Один только вид бассейна вызвал у меня воспоминания о той первой ночи, проведенной вместе. Я постучал в гостевой дом, чувствуя, что за мной наблюдают из окон главного дома. Холден открыл дверь, и мое дыхание участилось.
Господи боже.Только что из душа, Холден зачесал назад свои влажные серебристые волосы. На нем был накинут толстый темно-бордовый халат поверх полосатых пижамных штанов и белой футболки с V-образным вырезом. Она облегала его грудь и торс, намекая на рельефный пресс и узкую талию.
Сквозь меня пронесся горячий вихрь желания и отрицания, потребности и вины.
– О-о, – протянул Холден, читая с лица мои эмоции и отступая в