Кольца духов стр. 150
а привязные рукава не налезали на плечи. Их он оставил на кровати, перепоясался куском веревки для пристойности, а затем выглянул в окно на обнесенный стеной сад позади дома. Да, вон нужник. А серым свет был не потому, что рассветало, а просто все затягивал туман позднего утра. Он спал так долго? Охваченный тревогой, он вошел в кухню и остановился как вкопанный.
Незнакомая женщина в чепце и переднике с деревянной ложкой в руке отвернулась от выложенной голубой плиткой печки и посмотрела на него без всякого удивления.
– А, молодой человек! – Она кивнула, ласково, но оценивающе, словно он был штукой сукна, которое она и хотела бы купить, и опасалась, не выгорит ли оно слишком быстро. Была она средних лет, не столько дородная, сколько крепкого сложения.
– Э… э… – сказал Тейр.
– Каше надо еще увариться, – сказала она, указывая ложкой на черный чугунный котелок. – А потом пирог из сушеных яблок, подслащенный медом. Пирога-то много, а вот яблок мало, но надо довольствоваться и этим. И я сварила питье из трав, которое утром полезней будет крепкого красного вина, а ничего другого в доме нет. И пива тоже. – Она решительно кивнула и ручкой ложки начала подцеплять чугунную дверцу топки, а открыв, помешала угли.
У Тейра слюни потекли. До чего же вкусно пахнет!
– Тебе, думается, для начала надо нужник навестить. Вон там! – Она неопределенно махнула ложкой на окованную железом дверь, которая вела в сад.
– Да, я как раз туда и шел… э… сударыня. – Тейр помолчал. – Меня зовут Тейр Окс.
– Брат бедного капитана Ури из Бруинвальда, да, я знаю.
– А вы не Руберта ли?
– Домоправительница мастера, да. То есть так было, прежде чем эти лозимонские воры и убийцы напали на нас. – Она скорбно нахмурилась. – Преступление на преступлении… Служить у Просперо Бенефорте было нелегко, но это был великий человек, другого такого в Монтефолье нет. Ну иди, иди. А вернешься, вымой руки вон в том тазу и позови Фьяметту завтракать.
– А где… мадонна Бенефорте?
– Где-то в доме, проверяет, не проглядели ли проклятые грабители какие-нибудь инструменты ее батюшки.
Тейр выполнил все ее указания, а затем вышел через кухню во внутренний двор. Их пленник лежал на одеяле без кляпа во рту и крепко спал, прижимая к груди бурдюк – с дешевым вином, конечно, а не с отличным красным. Кто-то успел заняться розысками. Наверное, Фьяметта. И она сходила за Рубертой. Тейр успокоил себя мыслью, что у нее хватило благоразумия взять с собой Тича. Хотя, конечно, мальчишка с ножом – плохая защита от солдат с мечами.
Он прошел
по плитам прихожей. Ури там не было. Он заглянул в комнату справа – особый очаг в углу, ковры и кресла. Приемная для гостей или важных заказчиков. На козлах были положены наспех сооруженные носилки, а на них лежало прикрытое простыней тело. Тейр вздохнул, вошел и приподнял простыню, чтобы посмотреть на брата, а также, если быть честным, проверить, не тронуло ли его тление. Он растрогался, увидев, что Ури пристойно облачен в другие обноски мастера Бенефорте: вязаные чулки-трико, короткая туника, не новые, не нарядные – не то их забрали бы солдаты, – но надетые заботливыми руками. Фьяметта и Руберта, конечно. Заклятие, наложенное Вителли, для