Колдовской вереск стр. 4
настойку полыни. Пожар!
Я испуганно распахнула глаза, страшась обнаружить себя в горящем доме, но это был не бабулин дом… Тупо глядя наверх, пыталась понять, что это за комната, в которой такие странные потолки… Закопченные балки, перекошенная люстра из фильмов о рыцарях – та, в которой куча свечей и… о, боже! Летучие мыши!
Нет, ну это ерунда какая-то!
Я резко села и закашлялась, чувствуя, как рот наполняется слюной от проклятой горечи.
– Я сколько раз тебе говорила, не наклоняйся над котелком, когда варишь зелья, особенно ядовитые! – прозвучал рядом недовольный голос со странным певучим говором. – На, молока выпей… Джинни только что подоила Луну.
Зелье? Джинни? Я что, в бреду?Медленно повернув голову, я с немым изумлением посмотрела на женщину лет пятидесяти, сидящую в облезлом деревянном кресле. На спинке за ней, пристроился ворон и таращил на меня свои бусины глаз. Женщина протягивала мне глиняную кружку и хмурилась, будто я в чем-то перед ней провинилась. Осторожно сев и взяв молоко, мотнула головой, надеясь разогнать дурман. Но происходящее было настолько реальным, что у меня внутри все похолодело.
– Какое зелье я варила? – прохрипела я каким-то чужим голосом и снова закашлялась. Мне стало понятно, что говорю явно не по-русски, но слова выскакивали легко и непринужденно.
– Арабелла, ты не помнишь, какое зелье варила? – Незнакомка пощупала мой лоб сухой теплой рукой, и я поморщилась от холода перстней, унизывающих ее пальцы. – Нет, это никуда не годится! Мы должны были сегодня избавиться от сорняков в огороде, и зелье могло нам помочь! Теперь точно останемся без урожая!
Я смотрела на нее и совершенно не понимала, о чем она говорит. И вообще, кто она такая?!
Отпив из кружки, я почувствовала облегчение – молоко прогнало горечь и стало легче дышать. В голове прояснилось, и у меня получилось более внимательно посмотреть на незнакомку.
Она была полностью седой, и ее густые волосы, собранные в аккуратный пучок, отливали серебром из-за света свечей. Надменно изогнутые брови, темные глаза, излучающие нечто такое, отчего хотелось забраться под одеяло прямо с головой. Аристократическое, узкое лицо с длинным носом и тонкими губами и такая прямая осанка, что казалось, будто к ее спине привязали доску. Одета женщина была в черное платье старинного кроя, грубая шерсть которого обтягивала ее худые руки до самых запястий.
– Ты зачем положила в зелье кудрявец? – Она грозно посмотрела на меня. – Отвечай, Арабелла!
– Не знаю. – Я не понимала, какого черта незнакомка называла меня этим странным именем. – Я… не помню!
– Ты никогда не слушаешь меня! Никогда! – гневно воскликнула она. – Это не шутки! Вдохнув пары кудрявца, можно умереть или лишиться памяти на целый месяц! Что и случилось! О! Что мне делать с тобой?!
Я слушала ее и лихорадочно соображала, что происходит. Все выглядело так натурально, так реалистично! Неужели мне каким-то образом удалось переместиться в другой мир?
Обведя глазами комнату, начинала в этом убеждаться. Каменные стены, антикварная мебель, огромный камин в углу и высоченная кровать, на которой я и лежала. Еще мое внимание обратилось на то, что кругом разбросаны книги и стоят подсвечники с оплывшими свечами. Переместив взгляд на нижнюю часть тела, я замерла – ножки-крохотульки в каких-то древних башмачках и подол темного платья,